Академия драконов для попаданки

Разве может нормальная девушка так реагировать на незнакомого (они, по сути, не знакомы толком) дракона?

И все же реагировала.

Она покачала головой.

– Вроде нет.

Дракон поднял взгляд и прокричал грозно вслед вихрю:

– Смотреть надо, куда летишь!

– …извини де Нэвариус, – донеслось из далека глухое, – не рассчитал…

Карина так и не смогла понять, кому принадлежит голос, и кто только что ее едва не снес, но одно знала точно – ей почему-то, по какой-то непонятной причине вдруг стало так уютно и комфортно в руках дракона, что сама испугалась.

Так ведь не должно быть? Правда?

А он снова перевел на нее взгляд своих голубых, глубоких, как ледяные озера, глаз, и смотрит. Смотрит так, что она уже даже не злится почему-то, и академия Шэон уже не кажется такой страшной, и вот это тепло по всему телу, и пульсация внизу живота…

Почему так приятно? Что за наваждение?

Это потому, что он – дракон?

Карина не знала, сколько они вот так простояли, и очнулась лишь, когда рядом кто-то жеманно и предупредительно покашлял.

Глаза сверкают, как ягоды рябины (да-да, они оранжевые!), губы сжаты в тонкую полоску, а сама она бледная и покрытая красными пятнами (очень злится, видимо).

– И почему ты обнимаешь какую-то полуголую девку? – выдохнула девица, вскинув подбородок. – Потрудись объяснить, Аморин.

Глава 5

Когда Аморин увидел Ильмию возле фонтана – едва сдержался, чтобы не скривиться.

Раскопыть их всех виверна…

Серьезно? Ильмия Рафаон? Папаня решил подогнать ему в невесты Ильмию? Знал Аморин ее, конечно, с детства, и, конечно, она, как и остальные три сестры из семейства Рафаон, была в него влюблена. Причем не то, что бы тайно. Три сестры со временем одумались (у любой нормальной девушки, в конце концов, появляется чувство уважения к себе, и она прекращает бегать за тем, кто не отвечает ей взаимностью), но с Ильмией это не прокатило.

Блин… Папаня вообще нормальный? Неужели никого другого не было? А братцу Лазуриту он тоже сам выбрал невесту или позволил своему любимцу проявить самостоятельность?

– И тебе привет, Ильмия, – проговорили Аморин, нехотя отпуская Кари, такую мягкую, тёплую в его руках. Твою ж за ногу… Она ведь действительно очень приятна на ощупь.