Академия драконов для попаданки

Но… псих, не псих, а все равно от его присутствия как-то все внутри закипает. Да что это такое?

Взгляд парня стал снисходительным и каким-то покровительственным, он усмехнулся, красиво искривив губы.

– Представляю, Кари, что сейчас думаешь, – произнес он, откинув серебряную прядь со лба, – но я действительно тот, кем назвался. В трезвом уме и твердом рассудке. И мне действительно нужно вернуться. Согласись, драконам в твоем мире будут не рады.

Карина вымученно улыбнулась – ну, так-то он прав. Да только если бы это было правдой.

И все же, она спросила, превозмогая дрожь и страх, голос прозвучал хрипло и жалко:

– Чем докажешь?

Аморин придирчиво оглядел комнату.

– Хочешь, чтобы я прямо здесь принял истинный облик? – поинтересовался он.

Так, теперь ему еще и её квартира не нравится. Ну вообще классно. Она вообще-то ее сама купила, пусть и в ипотеку, пусть и со скрипом.

Разумеется, в его бредни о драконах и других мирах Карина не поверила. Но вдруг он реально возомнит, что действительно превратился в гигантскую ящерицу и начнет крушить её маленькую квартирку?

– Нет, – уверенно сказала Карина.

Пока у нее получается тянуть время – глядишь, и придумает, как выпутываться из ситуации.

Аморин снова усмехнулся, а Карина в который раз смутилась собственным ощущениям от его присутствия и взглядов. Блин… даже если этот парень полный псих, он нереально привлекательный. Или это какая-то отличительная черта всех психов?

– Ладно, – проговорил он.

Матушки-батюшки…

Ей даже представлять не хотелось, что он там себе понапридумал и как собрался доказывать свою «драконистость». Только не бы не начал буйствовать. Да только что ей остается?

Карина покосилась на биту, которая смиренно валяется на полу возле журнального столика и прикинула, как быстро успеет ее схватить в случае чего. Потом кивнула.

– Обещаю.

– Чудненько.

А потом произошло то, чего Карина никак не ожидала и попросту застыла, не представляя, как реагировать.

Его глаза, и без того голубые, как небеса, засветились аквамариновым сиянием, волосы приподнялись, как если бы он был в воде, заискрились мерцающим серебром. А его кожа…

Шикарные грудные мышцы, кубики пресса, шея и даже невероятной красоты лицо покрылось настоящей серебристой чешуей, заиграла переливами, светом и какими-то искорками.