Повеса и наследница

Николас с усмешкой наблюдал за тем, как она пытается разобраться с этой ситуацией, и воспользовался смущением Серены, чтобы спокойно усадить ее возле камина в кресло с подголовником, а самому занять такое же кресло напротив.

– Скоро принесут кофе. Мисс Каше, вы ведь не против того, чтобы отведать чашечку?

Николас наслаждался ее смущением. Серена сидела прямо, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, несмотря на унижение и гнев, который ее охватил.

– Сэр, вы уже раз ввели меня в заблуждение относительно того, кто вы.

Прошу вас не делать этого снова.

– Мадам, я не вводил вас в заблуждение. Я сказал, что имею честь служить в этом имении, и это правда. Мне скорее кажется, что это вы сделали поспешный вывод. Возможно, явное увлечение недостойным спектаклем затуманило трезвость вашего суждения?

– Не вижу необходимости прибегать к подобным колкостям в мой адрес, – ледяным тоном ответила Серена. – Я пришла сюда, чтобы встретиться с мистером Николасом Литтоном по весьма важному делу.

– Как уже говорил, я и есть Николас Литтон.

– Но… этого не может быть! Нет, нет, это смешно. Человек, к которому у меня есть дело, является давним другом моего отца.

– Вот как. Наверное, вы имеете в виду моего отца.

– Да. Речь, должно быть, идет о нем. Конечно, это ваш отец, – с огромным облегчением произнесла Серена. – Мне можно поговорить с ним?

Она нетерпеливо подалась вперед. Ее лицо пылало, золотистые волосы, голубые глаза, обрамленные удивительно длинными ресницами, – весь ее облик был так прекрасен, что у Николаса захватывало дух.

Он не мог оторвать от нее взгляд. Он печально покачал головой:

– Простите, но боюсь, что это совершенно невозможно. Он уже десять лет как мертв.

– Мертв! – За последние месяцы Серена не раз представляла себе эту встречу, но такой поворот никак не мог прийти ей в голову. – Он умер. Я такого не ожидала, то есть мне жаль, но это для меня неожиданный удар.

Что же ей теперь делать? Отчаянно пытаясь собраться с мыслями, она тайком разглядывала мужчину, сидевшего напротив.

Серена не знала о нем ничего, за исключением того, что он хорошо дерется на кулаках и позволяет себе оскорбительные вольности. Он был как раз из тех, кого отец старался бы держать как можно дальше от своей дочери. Может быть, отец всегда и даже чересчур оберегал ее, потому что они вели не совсем обычную жизнь. Естественно, Серене был запрещен вход в игорные заведения.