Настанет век пырларла. Книга 4. Игра вслепую

Так я забрать хотела, а тут…

– Неужели совсем никто ничего не видел?

– Сынок мой с приятелями каких-то троих мужиков издалека видали, да не приглядывались. Ги-Лина давеча говорила, один обещал ей выгнать жену и ее взять. Шикиэрт, что ли… видать передумал, а она возьми да и ляпни, что все жене той самой расскажет, он руку и приложил. Кто теперь знает. Эх, Ги-Лина, Ги-Лина…

Дин-Ланги промокнула глаза рукавом и уставилась в пустоту.

– Я пришлю патрульных, – пообещал Ки-Тан.

– Они только за одним сюда ходят, – безучастно ответила Дин-Ланги, – помнутся на крыльце, напишут для виду мол, следов никаких, и поминай как звали. Еще и развлечений дармовых захотят.

– Я попробую что-то сделать.

Куртизанка только пожала плечами.

Ки-Тан осторожно вернулся в комнату. Ги-Рза сидела на краю кровати совершенно неподвижно, прямая как статуя, и смотрела пустым взглядом в стену.

– Ги-Рза, – позвал он.

– Я хотела ей сказать, – бесцветным голосом проговорила девушка, – я хотела ей сказать…

Она снова замолчала.

– Мне жаль, Ги-Рза. Я понимаю, как тебе больно, и все-таки хотел напомнить, что ты можешь получить работу во дворце Пахтыхтамаев. Что ты будешь делать тут одна?

Она не пошевелилась. Молчание тянулось несколько долгих минут. Ки-Тан вздохнул, два раза тихонько хлопнул ее по плечу, и собрался уходить.

– Мне нужно собрать вещи, – не оглядываясь, сказала Ги-Рза.

Глава 3

– Бесполезно, – сказал Равтар, обтер лицо салфеткой, попытался ей же оттереть кровь и копоть с рук. Это не сильно помогло, и он бросил салфетку на пол в кучу мусора. Прислужники еще не прибирались в допросной, старший дознаватель никогда не позволял им войти до окончания бесед с подозреваемыми.

Бакар поморщился – он так и не привык к запаху застенков, – и подошел вплотную к растянутому на станке человеку.

– Кто же тебя послал, урод?

– Да придет истинный верхал! – сорвавшись с хрипа на фальцет, выкрикнул мужчина.

– Это единственные слова, которые я от него слышал, – пояснил Равтар, – я исчерпал все возможности, господин митверхал, этот фанатик совершенно безумен.