Незнакомцы у алтаря

Развернувшись в другую сторону, он смотрел на белую пену в кильватере. Лицо у него стало совершенно непроницаемым.

Ветер, подгонявший их, дул ей в лицо, выбивая волосы из-под шляпки и заставляя глаза слезиться. Сегодня Иннес не надел шляпы – он поступил умно, потому что шляпу наверняка сдуло бы в море. Хотя одет он был, как всегда, консервативно: брюки и сюртук темно-синие, рубашка белоснежная; рядом с Йоуном в грубых твидовых штанах и тяжелом рыбацком свитере Иннес выглядел настоящим щеголем. Эйнзли поняла: Йоун заметил, что она их сравнивает, и поджал губы, но она не могла решить, из-за чего – из презрения или зависти.

Суденышко скользило вперед, прыгая на волнах. Эйнзли вдруг остро осознала, что всего лишь несколько просмоленных досок отделяют ее от ледяной воды пролива. От брызг губы стали солеными. Шумно хлопал парус. Ее замутило. Подняв голову, она заметила холодную улыбку на лице Йоуна. Нос лодки поднялся над водой и тут же нырнул вниз. Эйнзли показалось, что Йоун нарочно делает их поездку невыносимой.

– Вы городская. Значит, к морю не привыкли! – крикнул он.

Эйнзли обеими руками вцепилась в деревянное сиденье, решив ни за что не расставаться с содержимым своего желудка. Она пожалела, что ела на завтрак яичницу, и тут же запретила себе даже думать об этом.

– Как вы догадались? – крикнула она в ответ.

– Хозяин написал Мари Макинтош, экономке.

Иннес круто развернулся к нему:

– Писать тебе не было никакого смысла.

К удивлению Эйнзли, Йоун вдруг густо покраснел и отвернулся.

Наконец подошли к старому, полуразвалившемуся причалу, далеко отходившему от берега. Поскольку был отлив, им пришлось стать у самого конца. Иннес ловко накинул канат на тумбу и закрепил узлом. И только когда он поставил ногу на первую ступеньку лестницы, Йоун заговорил, положив руку ему на плечо, отчего Иннес вздрогнул:

– Ты увидишь, что здесь многое изменилось.

– Если ты еще раз скажешь, что прошло четырнадцать лет… – процедил Иннес сквозь зубы.

– Не в том дело. – Йоун убрал руку с его плеча и уныло вздохнул. – Мари написала, что поселит вас на ферме? А большой дом… ну, скоро сам увидишь. Крикни Ангусу; вон он, уже ждет вас с двуколкой. А я доставлю багаж.

Иннес быстро взобрался по ветхим ступенькам и обернулся, чтобы помочь Эйнзли.