Драконья Кровь

– Мне нужно всего лишь сказать, дракон – этот господин или нет? – уточнила.

В ответ я получила лишь короткий кивок. Хоть на этом спасибо. У них тут всё такие сухие, или только этот вампир такой особенный?

Подойдя ближе к висевшему на стене почтеннейшему гному, заглянула в его темно-желтые глаза.

– Точно не проверяли? – для точной убедительности уточнила.

– Вас это не касается, – значит, проверяли. И кто, скажите мне на милость, приговорил гнома? Какой чародей допустил эту страшную ошибку?

Постояв немного с закрытыми глазами, уловила слабую, уже развеивающуюся магию, что тянулась от незнакомого мне чародея.

– Чистокровный гном, – открывая глаза, заверила вампира.

– Спасибо, – еле слышно прошептал мастер Лойв. Улыбнувшись, кивнула и вышла за вампиром.

В следующей камере висел маг седьмого уровня. С красными щеками подошла к обнаженному по пояс мужчине, заглянула в его истомно золотые глаза и тихо спросила:

– Позволите?

Мужчина усмехнулся и с издевательством проговорил:

– Вы всё равно там ничего не найдете, но можете постараться.

Проигнорировав его колкость, прикрыла глаза. Как и ожидалось, ничего особенного я там не увидела. А значит и этого мужчину чародеи для чего-то приговорили к смерти. Только что бы это им дало?

Просмотрев его сознание, узнала, что зовут его лорд Рафаэль де Ванс – недавно поступил на службу и чисто случайно пал под подозрение.

– Маг седьмого уровня, – глядя в округлившийся от моих слов золотые глаза, огласила свой вердикт.

– Спа-сибо, – запинаясь, произнес мужчина. А в глазах его запылала надежда.

Да уж эти чародеи своё дело знают.

– Не уж-то и этот чист? – послышалось у дверей.

Обернувшись, увидела трёх истинно тёмных, исходящая аура которых настораживала – слишком все это было подозрительным.

– Чист, – в моих словах была твердость.

– Удивительно, высшие чародеи приговорили его к смерти, а какая-то блоха с улицы уверенно опровергает вынесенный приговор.

Тёмные вообще существа острые на язык да только и могут, что убивать и болтать. И по собственному опыту могу сказать, чесать языком они любили больше.

Но это давало им повода кидаться налево и направо оскорблениями любого рода.

«За блоху ответишь», – мысленно запомнила оскорбившего. Его аура была сильной, подавляющей, заставляющей подчиниться его воле.