Виски для пиарщицы

У них была шикарная свадьба, говорят, чуть ли не в Париже. Бриллианты, «майбах» в белых розах, платье от Кардена, голуби, фейерверк и всё, что полагается. Потом они вернулись на родину, и Витя приступил к работе на комбинате. Два года вкалывал, трудился, развивал карьеру. А его молодая жена, тем временем, от скуки постепенно перетрахалась со всем городом. Страстная девица Вите попалась. Маскировалась виртуозно, целых два года за нос водила. Спалилась на Витином друге. Тот сам не выдержал и во всём признался.

– Кошмар, – прошептала я. Губы не слушались.

Я бы убила эту стерву! Все патлы бы ей повыдирала и глаза выцарапала. Вот же негодяйка!

– Представь, да? – хмыкнул Валера. – Он-то был влюблённый, счастливый, гордый. Взял в жёны ангела, богиню. А пока Витя радовал начальство гениальными маркетинговыми проектами, жена куролесила напропалую, позорила его, рога гигантские ему наставляла.

Валера вопросительно взглянул на меня в ожидании интимных подробностей. Ему явно была необходима новая порция сплетен. Я поняла, что молчать нельзя. Если сейчас отведу глаза в сторону, Валера побежит по городу с известием – а, ну всё понятно, Витя импотент, именно поэтому его бывшая такие фокусы и вытворяла.

– Да она просто тварь ненасытная! – возмутилась я. – Встречаются такие озабоченные, им всего мало. А Витя… О-о… – я взволнованно задышала, словно не могла справиться с подступившими эмоциями. – Он безумно хорош! Он гениальный любовник! Что он со мной делает, как только не издевается! Вставляет аж до… – я не закончила фразу, но блаженно закатила глаза, откровенно поёрзала на сиденье и выгнула поясницу, изображая приступ сладострастия.

Валера изменился в лице, его буквально перекосило.

Получи фашист гранату!

Однако… Совершенно неожиданно меня и саму скрутило в узел! Ну надо же… Так увлеклась! Хотела сыграть на публику, рекламируя Витин стыковочный инструмент… Но организм принял промо-акцию за чистую монету: внезапно в меня вонзился раскалённый штырь и стал медленно поворачиваться внутри, наполняя огнём все до последней клеточки.