Самый нежный злобный босс

Кстати, в отличие от Глеба, его абсолютно не волновало была ли белая блузка с воланом сшита неопознанной китайской фабрикой или той же самой фабрикой, но уже под эгидой знаменитого бренда (уж мы-то знаем, что все эти наряды отшиваются на одних и тех же линиях).

Милый клиент заметил, что острый ум идёт приятным бонусом к моей безупречной внешности, а ведь никто не ждёт подобного от «такой ослепительной блондинки». Иными словами, он прошёлся на тему особого устройства мозгов у хорошеньких светловолосых девиц.

Ладно, пусть. Меня совсем не задевают анекдоты о блондинках.

Валерий Николаевич даже простенькую юбку-карандаш заценил, очень уж она ему приглянулась. Возможно, тем, что обтягивала мои бёдра, как резиновая перчатка.

В просторном стеклянном холле офис-центра, залитом солнечными лучами, я застегнула до подбородка синюю куртку и нетерпеливо потопталась несколько минут у лифтов: в один не влезла, второй не работал, третий мельтешил, как сперматозоид, – не поймать.

Подумала, что быстрее спущусь по лестнице, двенадцатый этаж – ерунда!

И я побежала вниз, с грустью вспоминая, как точно так же, бегом, спускалась с Эйфелевой башни.

Очередь к лифту наводила на мысль, что в кабинке каждому выдают по золотому слитку, поэтому мы с Вадимом не стали ждать. Я прыгала по железным ступенькам, а муж мчался следом и кричал, что я ненормальная и должна немедленно остановиться, иначе упаду. Даже чудесное воспоминание четырёхлетней давности о поездке в Париж уже окрасилось в мрачные тона. Всё словно залито чёрными чернилами. Он всё испортил.

Что ж, спуск с Эйфелевой башни мне удался гораздо лучше, чем с двенадцатого этажа бизнес-центра. Тогда я была в удобных мокасинах, а сейчас нет, и где-то между пятым и четвёртым этажом зацепилась за ступеньку высоким каблуком и полетела вниз, на лестничную клетку.

Прямо на какого-то мрачного крупного мужика. Он поднимался навстречу и ловко преградил мой стремительный полёт железным бицепсом и каменной грудью. По ощущениям – словно попыталась с разбега протаранить бетонную стену.

Я тут же задёргалась в плотном кольце его рук. Минута, другая… а этот чурбан неотёсанный даже и не думал отпускать добычу! Вцепился, прижал к себе.

– Руки убери! – выкрикнула я, содрогаясь от близости мужского тела.

Знакомое ощущение беспомощности накатило жаркой липкой волной, на лбу от ужаса выступила испарина. Я начала яростно извиваться и брыкаться и даже ощутимо приложила мужика коленом.