Мартини для горничной

Да, у меня ненормированный рабочий день, согласна. Но превращать его в бескрайние байковые рейтузы шестьдесят четвёртого размера – это уже свинство!

Блестящий внедорожник невесомо скользил по дороге, как вампир в развевающемся плаще из чёрного шёлка. Я ехала следом, не отставая ни на миллиметр, и тихо ругалась. Умирала от голода и усталости. А ещё – от обиды. За три дня не увидела на лице начальника ни одной, хоть самой маленькой улыбочки! Не услышала ни одного одобрительного слова! Как же так.

Да, я семь раз слегка ошиблась.

Но на каждый мой мелкий промах приходится по три значительных победы.

…Я приложила магнитный ключ, и чугунные ворота впустили нас на территорию жилого комплекса. Миновав отделанный мрамором холл, объяснившись с охранником, в полном молчании мы дождались лифта. Стояли рядом, плечо к плечу, и смотрели, как мигает красная кнопка.

Сначала хотела устроить презентацию, а потом подумала – глаза же у него есть, пусть сам смотрит. Достоинства комплекса как на ладони. Это не просто жильё, а место, где будешь чувствовать себя восточным султаном.

Взять хотя бы двор – там потрудился самый модный в городе ландшафтный дизайнер. А этот лифт – весь в зеркалах и серебристых панелях, украшенных причудливой гравировкой. Он летел вверх настолько плавно и беззвучно, что казалось – мы зависли в невесомости…

Но нет. Буду молчать. Устала и обижена.

Мы вошли в квартиру-студию на девятом этаже. Сто метров открытого пространства с огромными, в пол, окнами – думаю, вполне достаточно для одного топ-менеджера.

Он ведь будет жить один? Можно превратить эти сто метров в стильный лофт, брутальное убежище молодого одинокого волка…

Или у него кто-то есть?

С того момента, как мы стартовали от бизнес-центра, мы перекинулись от силы десятком междометий.

– Тут изумительная терраса, – вспомнила я. – Хотите посмотреть?

Мы вышли на балкон и застыли, рассматривая панораму вечернего города. Становилось прохладно, сквозь разрывы фиолетовых облаков лился золотисто-розовый свет, ветер обдувал наши лица.

На террасе стоял литой столик, по периметру были расставлены керамические кашпо с розами.

Вдруг вспомнила, какой кавардак и светопреставление устроила в нашей квартире Соня – и стало совсем грустно. Уж слишком это отличалось от той картины, которую я видела сейчас перед глазами.

От Виктора приятно пахло одеколоном. Нет, не просто приятно, а умопомрачительно. За длинный рабочий день он вовсе не утратил свежести, выглядел бодрым.