Акварель

2

Тихая музыка создает убаюкивающий ритм.

Серж смотрит на меня как сонный мартовский кот, понимая, что в этот уикенд ему ничего не светит.

– Странное начало истории, – задумчиво говорит он, опуская на стол пустой бокал. – Нет ни начала, ни конца. Так запутанно.

– Потерпи. Я пока не собираюсь покидать тебя.

– А можешь покинуть?

Позволив себе глубокомысленно не ответить, я снова выпила вина. Какой же все-таки нетерпеливый этот зануда Серж. Угораздило меня наткнуться на него в столь затруднительном положении.

Я общаюсь с ним, принимаю его неуклюжие комплименты и провожу рядом большую часть своего драгоценного времени.

Серж всегда появляется в моей жизни в самые непредсказуемые моменты, словно преследует, оказывается там, где суждено оказаться мне. Серж сто лет неравнодушен ко мне, а я по старой привычке вожу его за нос, не оставляя мальчику никаких шанцев, но и не даю от ворот поворот. Пусть думает, что шанс есть, пусть один на миллион. Пустая и наивная надежда. Мой древний кавалер Серж Сомов из тех людей, кто до сих пор ищет себя, перепробовав многое, но пока не обретя свой неповторимый путь и смысл существования.

Он не признается, как оказался в Каннах. Отплевывается шутками, хитрит, отводит взгляд, краснеет и пожимает плечами. Он должен зубрить учебники в Сорбонне, а вместо студенческой скамьи катается по Старому свету и натыкается на скомпрометированную даму, попавшую в крупные неприятности. С последней встречи Серж не изменился. Такой же неказистый мальчуган, слегка потрепанный, небритый, с завитой шевелюрой и густыми бровями.

Точная копия своего отца, свято верящего, что сынок учит языки, основы бизнеса и прочие прелести академической науки. Серж типичный лентяй и хулиган – забросил школу и бродит по Европе как призрак коммунизма. Словно заядлый путешественник он объездил весь Евросоюз, потратил десятки тысяч евро и осел в этой ничем не примечательной по каннским меркам гостинице. Волею случая в этой золотой дыре остановилась и я.

Мы наткнулись друг на друга, чуть не упав в обморок, и сделали неутешительный вывод, что жизнь нарочито часто пересекает наши пути – дорожки. Невидимые тропы витиеватым клубком сводят нас нос к носу, а что с этим делать – ответов нет. Я бы не придавала этому особого значения, но Серж постоянно капал на мозги, неустанно признаваясь в симпатии, вот- вот готовой переродиться в безответное чувство по имени Любовь.

Я не отвечу Сержу взаимностью.