Равновесие во Тьме. Писатель

Стоило послать отца к черту и провести хорошо время.

Билл поддержал меня, намекая, что с большой долей вероятности, мне не пришлось бы связывать жизнь с Лизи. Я начал выяснять, что именно он видел, переспрашивая его раз за разом, пытаясь разместить все детали в голове, разложить по полочкам.

– Тот парень закрывал дверь гаража, – уточнил он. – С ним рядом стояла девица. Не та, что была рядом, напротив кинотеатра.

– Что ты пытаешься сказать? – спрашивал я, практически вырубаясь сидя возле холодной хирургической столешницы, среди важных инструментов для его работы.

– Я не разглядел другую девушку, – продолжил Билл. – Она стояла в грязном, разодранном платье выше колен.

История десятилетней давности взбодрила меня, словно несколько банок выпитого энергетика. Тело затрясло. Казалось, что оно готовилось к худшему повороту событий. Друг налил воды. Я смочил рот и лицо. Мне хотелось пить, бить и орать. Но я решил дослушать историю до конца, надеясь на благополучную развязку.

– Ехал медленно, – произнес он.

– Ее изнасиловали, Билл! – орал я на всю больницу, набросившись на него. – Твою мать, Билл! Почему ты не помог ей?!

Мне оставалось упиваться завистью, видя выдержку лучшего друга. Он спокойно принял агрессию с моей стороны, сохраняя холодный рассудок и возвращая мои мозги на место.

– Я предполагал, – сказал он, – что девчонку изнасиловали. Практически остановился и тут же увидел, как она обнимает того парня.

– Что?! – картинка в голове начала складываться. – Я не понимаю…

– Она обнимала его, Ричард! – повысил голос Билл. – Малолетняя девчонка в грязном платье стояла позади парня, вешаясь на него.

– Сука! – вырвалось из моего рта. – Сука! Похотливая сука!

Билл смотрел на меня, понимая, что не в силах успокоить, сто раз извинившись за рассказ и уже сомневаясь в собственной правоте.

– Это Лизи! – орал я, швыряя на пол все, что попадалось под руку.

Он молча находился рядом, понимая, с чем придется столкнуться, если его слова подтвердятся. Он дал мне возможность разнести все вокруг. Я швырял хирургические приспособления, орал, избил кулаками столешницу, перевернул кресло и стулья. Паника окутывала меня, а перед глазами воспроизводились картинки первого секса с Лизи, когда я, как полнейший идиот, закрыл глаза на то, что она чья-то подстилка.