Равновесие во Тьме. Старец

 – Я спала, понимаешь?

– Понимаю, дорогая, – обняв Элизабет, сказала Эми. – Тебе не было больно? Ты ничего не почувствовала?

– Совсем ничего, – повторила она. – Мне казалось, что это сон. Кошмарный сон, что закончился утром, а после мы отправились на интервью…

– Мне жаль, – крепко сжав ее руку, заплакала Эми. – Очень жаль.

Внезапно врачи прервали душевные разговоры и стали обсуждать организационные моменты, связанные с ритуальными услугами, беспокоя родственников Ричарда необходимыми процедурами, а заодно принеся кипу подписанных бумаг с отказом от пересадки сердца.

– Он был замечательным… – плакала Эми. – Спас жизнь нашему сыну…

Билл обнял Эми, еле сдерживая слезы и вспоминая, как Ричард, громко смеясь, ловил выпадающий из сэндвича помидор.

– Брат… – прошептал Билл. – Мне будет тебя не хватать.

Смог наладить

Спустя пять лет после похорон Ричарда, его младший брат все-таки смог наладить свою жизнь. Он не хотел вспоминать, что было в коме, всячески отказываясь от процедур для возвращения памяти.

Успел поработать таксистом, как и мечтал, но быстро разочаровался в профессии и вернулся в строительную фирму, став заместителем Билла.

Задумка с таксопарком, к счастью, не провалилась, но Томасу по душе были именно организационные моменты, он ощущал себя счастливым, будучи справедливым начальником и самостоятельно подбирая кадры. Единственное, что привлекало его сильнее, чем власть, это автомобили, к которым он относился, как к людям. «В каждой машине есть душа», – говорил он, вручая водителю его новое транспортное средство.

Однажды Томас получил сообщение от Робина с просьбой о помощи, но не спешил откликаться, считая его чужим человеком.

– Он твой брат! – вмешалась Эвелина, закидывая ноги на Томаса. – Такой же, как Ричард. Как ты можешь отказать ему?!

– Этот человек, словно с улицы для меня, – признался он, кусая мочку уха будущей жены. – Я не знаю, как поступить, дорогая.

– О чем он просит? – поинтересовалась она. – Мне казалось, у него, наоборот, все намного лучше, чем…

– Тише, – остановил ее Томас.

 – Не произноси его имя так часто. Прошу. Мне до сих пор больно, и непонятно его решение с отказом.

– Прости, любимый, – сказала она, обняв его. – Так о чем просит Робин? Что ему нужно?

– Денег он просит, – посмеялся Томас. – Понимаешь?! Поэтому я в раздумьях.

– Что с ним случилось?! – удивилась Эвелина. – Это странно.

– Не знаю, – ответил он. – Попрошу его приехать. Обсудить вопрос.