Три часа соблазна

– Коленька, вот ты сам посчитай, сколько у тебя дел? Можешь мне не говорить эту страшную тайну, я сама знаю – туча! – продолжала лисой кружить Василиса. – И когда ты их все раскроешь? А может, и не раскроешь вовсе, и опять тебя начальство будет костерить. И Валентина не сможет тобой гордиться, и карьера застрянет. А нам ведь с Люсей все равно делать нечего. Правда, Люся?

– Конечно! – вытаращилась Люся. – И потом, мы-то как раз в этом больше всех заинтересованы, в нашем же подъезде творится смертоубийство! И нам страшно! А милиция когда еще кого-то найдет.

– Да, вот именно, – дернула головой Василиса. – А мы тебе, Коленька, предлагаем сотрудничество! Выгодное! Ты нам будешь говорить, как у вас дела продвигаются, а мы тебе – что слышали от соседей, кто что видел, кто какие версии выдвигает и почему. У нас же еще долго об этом говорить будут, обязательно что-то вылезет.

– Вот вы мне и сообщите – что вылезло! – тут же подхватился Коленька.

– Только бартер, – непримиримо заявила Василиса.

– А долг гражданский? – прищурился Горюнов.

– Ты про что? – изумленно вытаращилась Василиса. – Ты на что нас толкаешь, милок? Чтобы мы, бедные, больные старушки подглядывали, подслушивали и выполняли за тебя твою работу?

– Нет, мы, конечно, можем и подслушать, – поддержала подругу Люся. – Но только где гарантия, что сообщим об этом тебе? Вася вон может Пашке позвонить, а я... а я просто так – в дежурку звякну.

– И не видать тебе, Коленька, никаких повышений.

– Ну я прям не знаю... – расстроился Николай. – Меня ж Пашка в порошок сотрет, если узнает!

– Господи! Да откуда ж ему узнать?! – всплеснула руками Василиса. – Ты ж не побежишь ему докладывать!

– Да что я – дурак, что ли!

– Действительно! – кивнула Люся. – И мы не побежим, нам эти Пашкины придирки уже вот где!

– Короче, Николай, иди работай, мы на тебя рассчитываем, – торжественно уложила руку на плечо Горюнова Василиса. – Ступай. Как только нам что-то станет известно, мы сразу же тебе звоним.

Николай продиктовал номер телефона и покинул подруг с самыми радужными надеждами.

Когда за парнем захлопнулась дверь, ничего не понимающая Люся подошла к Василисе.

– Вася... а почему он отравленный-то? Мы ж его... статуэткой.

– Тут еще ничего не ясно, – насупилась Василиса. – Коля же говорит, сведения предварительные... Слушай, а чего мы сидим? У нас же вещи этого Жомова...