Супружеский ошейник

Ну да, семья немножко разрушилась… то есть не немножко, а совсем, ну так Ленечка сразу предупреждал, что он ни с одной женщиной не может жить больше месяца! Конечно, Варя надеялась, что уж она-то нарушит эту устоявшуюся традицию… и нарушила. С ней он прожил чуть больше полугода. Он ушел, оставив Варе квартиру, а себе забрал фирму.

– Лень, ну так это ж мамина квартира, – пыталась восстановить справедливость Варя.

– Так я ее и не забираю! – рассуждал Леня. – И потом… Русакова, ну не мелочись. Ты ж все равно остаешься в фирме работать.

Нет, Варя не хотела. Вот так и случилось, что они уже не живут одной семьей, но Леня по-прежнему директор, а Варя его зам. Да и отношения у них сохранились чудесные. Быть может, именно поэтому она все еще надеется вернуть обратно веселого, умного и чертовски обаятельного Семистукова…

Варя усмехнулась. За три года, что они в разводе, перед ее глазами прошла такая нескончаемая череда Ленечкиных длинноногих, грудастых красавиц, что она уже стала относиться к ним философски – все равно ее бывший муж так ни на ком и не женился, то есть лучше ее, Вари, не нашел, а значит, оставалась еще надежда, что удастся склеить разрушенную семейную идиллию.

Она даже глаза зажмурила от удовольствия. Здорово! Вот сейчас Ленечка обрадуется! Тоже небось не сахар в съемных-то жить.

Она вбежала прямо к нему в кабинет, даже не успев скинуть пальто. Муж внимательно пялился в монитор, морщил лоб, шевелил губами, то есть работал в полный накал.

– Леонид! – торжественно встала на середину кабинета Варвара, эффектно швырнула пальто на стол и хитро прищурила глаза. – А не обрадоваться ли тебе прекрасным новостям? М-м?

– Варвара Андреевна… я тебе рад… – ответил Леонид, не отрываясь от компьютера. – Что у нас за новости? Ты нашла богатого заказчика?

– Лучше, Ленечка.

– Ты, Русакова, с ума сошла, что ли? – испуганно вытаращился Семистуков. – Нашла чем радовать.

Варя вдруг сообразила, что и в самом деле ляпнула совсем не то, снова вспомнилась вчерашняя фантазия про нежную, родственную любовь, и она совершенно искренне швыркнула носом.

– Я не этому радуюсь, между прочим, – обиженно проговорила Варя. – По этому поводу я как раз безутешно горюю.