Слесаря вызывали?

 – Сейчас еще тени…

Макияж, разумеется, преобразует даже самую некрасивую женщину, а Шура такой не была. Но, надо признаться, что и красоты Лидки она не добилась. Обычная приятная девушка.

– Ничего, – не сдавалась Шура. – Сейчас наведем тени потемнее, и…

Но навести крутую красоту не получилось – в двери позвонили.

– Да что ж такое! Живу, как на колокольне, – ворчала девушка, подходя к двери.

На пороге стоял Петя. Сегодня без Лидии.

– У тебя борщ остался? – сразу спросил бывший жених.

– А ты сюда столоваться приходишь, что ли? – удивилась Шура его наглости.

– Да нет, я … чтобы ты тарелками не швырялась.

– Не буду, – буркнула Шура. – Убирай потом за вами. Чего пришел?

– Я… Шур, я…

Видно было, что разговор парню дается с большим трудом. Он решил начать разговор, потом вдруг резко передумал и стал снимать куртку. Снял, аккуратно повесил и прошел сразу на кухню:

– А может чаю? – посмотрел он на бывшую возлюбленную собачьими глазами.

Вот ведь врут все.

Как говорят – путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Ни фига! Уж что-то, а готовит Шурка получше, чем многие шеф-повара в ресторанах. И что? не удержали ее борщи Петьку. Теперь только и сгодились на то, чтобы их на башку выливать. А вот Лидочкин путь к сердцу всегда работает без осечек.

Шура молча налила холодного чая.

– Чего пришел? – снова спросила она.

– Я… мы… Шур, может… начнем все сначала, а? – вдруг выпалил он.

– А Лидку куда денем?

– Ну… Никуда.

Пусть так живет, – поджал плечами Петр. – Одна.

– Так вы же с ней подали заявление.

– Я все же… не люблю ее. Я, оказывается, тебя люблю, – смотрел в щербинку на столе молодой человек.

– А откуда ты знаешь? Лидка сказала?

– Ну да…. – кивнул гость, а потом опомнился, – Нет, конечно же. Я просто… сам сообразил. Ты серьезная, умная… работаешь вон.

– Спокойная, – подсказала Шура.

– Спокойная, – повторил Петр.

– Варю вкусно.

– Варишь вкусно.

– С деньгами…

– С деньгами… – повторил Петр, но понял, что ляпнул что-то не то.

 – Шур, ну что ты, а?

Еще три дня назад за этим же столом сидел лощеный Петя, который даже не смотрел на нее во время еды – только телефон. А сейчас перед ней сникший мужчина, с видом побитой собаки, с опущенными плечами, с вжатой головой … Этот бедолага хлебал холодный чай и даже боялся на Шуру посмотреть. А ведь совсем недавно он бы не сел, если б чай был не доведен до кипения.