Край ничейных женихов

Те ничего не сообразили и ткнулись в звонок еще раз.

– Ну чего, так уж срочно? – снова высунулась голова женщины. – А до завтра подождать никак?

– Да вы с ума сошли! «До завтра»! – возмутилась уже Элеонора Юрьевна. – Мы человека ищем, а ей до завтра! Может, пропадает где, а она…

– И кто у нас потерялся? – вмиг насторожилась женщина.

– Мы хотели про Михаила Ивановича спросить, – ответила Мария Адамовна. – Родня мы его… я вот невестка…

– А я… – начала было Элеонора Юрьевна, но Мария Адамовна толкнула ее в бок.

– А это мама моя… лицо совершенно постороннее, – нежно улыбнулась она.

Женщина засмеялась и замахала руками.

– Ой, ну это даже не беспокойтесь! С Индюшихой ваш Михаил Иванович не пропадет! И накормит она его, и напоит, и спать уложит.

– Вот этого бы не хотелось, – поджала губки баба Нюра, но ее не услышали.

– Да вы проходите, чего на улице-то стоять, – вдруг засуетилась женщина. – Проходите!.. Цыть, Трезор!

Женщины зашли в светлую, просторную избу, обставленную по последней моде.

Чего уж там, у самих Коровиных в городе интерьер был куда беднее и совсем не такой изысканный. Хозяйка усадила гостей за стол, налила чаю, выставила вазочки с вареньем, с медом, с конфетами и уже потом начала говорить.

– Вы не стесняйтесь, угощайтесь… Ваш ведь свекор… простите, как вас звать? – обратилась женщина к Марии Адамовне.

– Меня Мария Адамовна, или просто Мария… А мама… ее никак можно не звать, она так посидит, за компанию.

– А я Анна Тихоновна, – представилась женщина и продолжила: – Ваш-то Михаил Иванович моего мужа от пьянки отвел! Подсадил на рыбалку, и я горюшка не знаю.

Правда, что раньше мужика в доме не было, что теперь, но… зато хоть из дома ничего не волокет. Да и по бабам я его не собираю. А то ведь раньше…

– Вы тут чего-то про Индюшиху говорили… – не могла спокойно сидеть Элеонора Юрьевна.

– А чего Индюшиха… Нормальная она баба, хозяйственная. С ней-то Михаилу Иванычу жить да в ус не дуть. Да и молодая еще, детей-то всего один Егорка, и тот сейчас в армии, придет, женится, да и… Тоже в город мотанет.

А Индюшиха, считай, свободная опять.

Мария Адамовна незаметно под столом пнула маменьку по ноге: уж больно баба Нюра сильно начала сопеть в чашку.

– Ха! А почему имя у нее такое смешное – Индюшиха? – хихикнула Мария Адамовна, пытаясь немного отвлечь маменьку.

– Так она ж Индюшкина! Любка Индюшкина! – вытаращилась Анна Тихоновна и со вздохом добавила: – Хорошая женщина.