Хомут на лебединую шею

– Да вы ее просто не знаете! Для нее это нормально! Она… Ну, хотела продолжить женщина знакомство в спальне, чего особенного, чай, не первоклассница – сорок уже! Ну и расположилась, ждала, ждала и… и уснула, с кем не случается. А вы что думаете, она пристрелила Псова и спокойно улеглась спать? Наша Аллочка не совсем идиотка, это она просто выглядит так, а на самом деле… Да и потом, зачем ей убивать единственного жениха? И к тому же вы не нашли орудия убийства! А без него вы не имеете права!.

.

– Ой-й-й, хватит! Только не начинайте мне еще мои права перечислять! – потерял терпение собеседник. – Идите, наш с вами разговор окончен.

– Нет, позвольте!..

– Не позволю! – взвизгнул раздосадованный Кузин и заверещал во всю силу легких: – Иванищенко!! Немедленно выведи этого говоруна! Мне еще полдня работать, а он меня уже из себя вывел! И больше чтобы глаза мои его никогда не видели!

Фома, конечно, обиделся и ушел. В конце концов, у него целый ворох своих забот, пусть о Псове голова болит у Кузина.

В поликлинике возле его кабинета урчала длиннохвостая очередь. Пришлось задержаться на работе, чтобы всех принять. И вот теперь совсем разбитый Фома плелся домой.

– А вот и наш Фомочка, – ласково запела теща прямо в прихожей.

И уж если Варина матушка так медово встречает родимого зятя, значит, в доме гости, это уже верная народная примета.

– Здравствуйте, Фома Леонидович, – басил плотный высокий мужчина, сверкая безупречными вставными зубами.

– Надеюсь, вам представлять друг друга не нужно, – продолжала цвести Гутя.

Фома только криво улыбнулся. Еще бы! Конечно, не нужно, потому что перед ним стоял бог и царь – Федорин Игорь Иванович, главврач поликлиники, где Фома Леонидович трудился.

– А что это ты, батенька, домой не торопишься? Времени-то уже… – по-отечески пожурил Фому Игорь Иванович. – Ох уж эта молодежь! Ведь я сколько раз говорил вашему Фоме Леонидовичу – ступай в отпуск, отдохни, так ведь нет! Ни в какую!

Фома захлебнулся негодованием.

Еще позавчера он лично обращался к главному с просьбой отпустить его в отпуск, мол, год кончается, а он так и не отгулял. Напомнить ему ответ, что ли?

– А вы его отпустите, он сейчас не откажется, – тучей насупилась Варвара, которая сидела тут же и тихонько прихлебывала горячий чай.

– А я и отправляю – иди, Фома Леонидович! Отдохни! Тещу порадуй, жену.