Богат и немного женат

у нас маменька новую мебель в гостиную купила, а старый диван девать некуда. А он еще такой хороший, новый совсем! Мы его в прошлом году брали. У нас его соседка взять хотела, но если вам надо...

– Н-ну... можешь и диван, мы его в холл поставим, если новый, но только кресла тоже купи! – сурово сверкнул из-под очков глазами Беликов. – И вот тогда... а то, понимаешь, ты ему то дай, се дай, а он... на благо родного роддома расстараться не хочет! Все, иди. Я сейчас переговорю с Ниной Сергеевной, она тебе найдет путевку.

.. Когда надо-то?

– Завтра! – тут же выпалил Дуся. – И отпуск чтоб тоже!

Беликов еще серьезнее глянул на подчиненного и тоном, не терпящим возражения, добавил:

– Ладно... будет завтра. Но только тогда три кресла! Три!

Дуся опустил плечи. Три кресла! И где он возьмет деньги? Но потом воспрял – да хоть сорок! Сейчас он пообещает что угодно, главное, чтобы маменька завтра с Машкой уехали отдыхать, а он ушел в отпуск, а уж потом – сколько он купит, дело десятое. К тому же Беликов и одному креслу рад будет – кто ему, кроме Дуси, еще купит?

– Три говорите? – деловито насупился он.

 – Но тогда только... чтобы путевки были у меня к обеду!

– Идет! – мотнул головой старенький главврач, и Дуся вышел из кабинета – день начинался неплохо.

Дальше все прошло тоже великолепно, будто кто-то специально расстилал перед Дусей ковровую дорожку.

Путевку принесли минут за двадцать до того, как Евдоким отправился на кухню. Он немножко попрыгал от избытка чувств, чмокнул в морщинистую щеку санитарку бабу Любу и побежал обедать – требовалось срочно обдумать план дальнейших действий.

Сначала надо было позвонить маменьке, сообщить ей радостную весть, пусть бегает по магазинам, закупает себе и Марье нужные вещи. Потом... а вот потом надо позвонить на телевидение – он вчера и телефончик записал – и выяснить, кого они там потеряли. И уже с завтрашнего утра бежать в гости к родне неизвестного мужичка.

После обеда Дуся метнулся к телефону, но тут его ожидала неудача – на телефоне прочно зависла медсестра Раечка.

Это был крах!

Дело в том, что при всей телефонизации страны, в роддоме было только три телефона, по которым можно было говорить свободно. Остальные находились по кабинетам, и за каждый личный звонок персонала Беликов тут же этот самый персонал нещадно штрафовал. Но и из тех трех, которые были доступны, два постоянно не работали, их еще с Нового года никак не могли отремонтировать, а один... один сейчас заняла Раечка.