Банкет с продолжением в ЗАГСе

– Это не понадобится, – дернула головой Арина. – Нечего мамашам названивать. Лучше за детьми следите!

– Ну вы… вообще-е! – оторопел тот, мотнул головой и выскочил за дверь.

Оставшись одна, Арина выпустила Шарля из клетки и, наблюдая за летающей птицей, бормотала:

– Я-то уеду, а вот как ты тут будешь? Куда же я тебя пристрою, а? К маме поедешь? Конечно, поедешь. Она же в тебе души не чает. К тому же у нее ты говорить научишься. Заговоришь как миленький! У нее не только ты – клетка говорить начнет.

Сонечка позвонила в полдень и сразу же накинулась на сестрицу:

– Арин, где ты шляешься?! Чего не звонишь-то?! Мы с тобой тридцать первого уже должны быть в «Снежном барсе»! Антошка еле-еле путевку купил. Говорят, там в этом сезоне бум. Переплатил черт-те сколько. Зато представь, какие у нас будут каникулы!.. Платье я тебе уже нашла, деньги отдашь потом.

Помимо платья Сонечка приобрела сестре какой-то моднявый, горчичного цвета халат из стопроцентного хлопка и вычурные тапочки. А себе прикупила целых четыре пакета обнов.

– Смотри, какой спортивный костюм, – хвасталась она. – Это специально для лыж. Кстати, ты себе тоже в прошлом году брала и так ни разу на лыжи не встала. Возьмешь его! А вот, смотри… Твое платье, классное, да? Потом померяешь. А я купальник себе оторвала.

– И как только Антоша тебя с такими обновами отпускает? – фыркнула Арина. – Не боится же…

– Боится, поэтому едет вместе с нами, – заявила Сонечка. – Только он недолго там будет. Новый год встретит, а потом – домой. Чего ж я – в Тулу и со своим самоваром?! Мне надо отдохнуть, вспомнить, что я красивая молодая женщина. Между прочим, на пять лет моложе своей сестры. Надо всколыхнуться!

– А твой «самовар» согласен, чтобы ты колыхалась? – с усмешкой спросила Арина.

– Ага. Ты не волнуйся, – успокоила сестру Сонечка, – я ему все объяснила. Антоша теперь думает так же.

– С ума сойти! И куда я, дурочка, смотрела? – всплеснула руками Арина. – Надо было не циркулем его тыкать, а просто схватить на руки и по всем классу носить.

– Чего уж теперь-то, – притворно вздохнула Сонечка. – Он уже окончательно из-за меня одной потерял весь ум. То есть… Чего это я говорю? Сон он потерял.