Иллюзия

Он не знал, зачем идет туда, но знал, что должен это сделать.

Лестер отодвинул засов и отворил калитку. По выложенной камнями тропинке прошел к дому, мысленно отмечая, в каком упадке находился раскинутый по обеим сторонам от него сад. Когда-то в прошлом роскошные розы и нежные фиалки завяли, плоды грушевых и яблоневых деревьев, лежащие на земле, почернели и сгнили.

Лестер поднялся на крыльцо. Взявшись за резную ручку, потянул на себя дверь, и та послушно отворилась.

Он хорошо помнил, что еще секунду назад в доме горел свет.

Дверь за спиной захлопнулась, и темнота окружила со всех сторон, вызвав невольные мурашки. Лестер хотел крикнуть, есть ли в доме кто, но какое-то шестое чувство подсказало ему, что на его зов никто не откликнется.

«Что я здесь делаю?» – мелькнула недоуменная и запоздалая мысль.

Лестер развернулся, чтобы уйти из дома, который позвал его своими горящими окнами, но обманул, оказавшись пустым и заброшенным.

Он не успел.

Рэя. Ему так нравилось произносить ее имя, каждый раз будто пробуя его на вкус. Нравилось смотреть в ее светлые глаза, оттенок которого он все так и не мог уловить. Казалось, их цвет менялся ежесекундно – от нежно-бирюзового до темно-серого. Все оттенки неба: светлого и ясного или же дождливого и хмурого

Ему нравилось слушать, как она поет. Она не всегда попадала в ноты, но ее голос был хрипловатым и завораживающим.

В Рэе ему нравилось все

Она казалась немного иной, непохожей на современных молодых девушек, предпочитающих смелые наряды и яркий макияж. Она любила легкие воздушные платья и белый цвет. Любила распускать светлые волосы по плечам, давая солнечным лучам окрашивать их в нежно-золотистый цвет.

А он безумно любил ее.

Его друзья находили ее слишком скромной, даже скучной. Но только он понимал, какая она. Только ему Рэя раскрывалась так, как никому другому. Только с ним она была самой собой.

Она знала, как действует на него. Временами он ловил ее лукавый взгляд в ответ на его влюбленный.

Он так и не сумел понять, любила ли она его или лишь позволяла себя любить.

Но для него это не имело никакого значения.

Глава вторая

Открыв глаза, Лестер недоуменно воззрился в потолок. Моргнув, резко поднялся и обнаружил себя сидящим на кровати.