Молия

Он разрабатывал все детали операций, покупал билеты, бронировал гостиницы и занимался реализацией найденных реликвий, пристраивая их в музеи или в частные коллекции.

– Ну так что у тебя? Рассказывай, у меня уже руки чешутся и свербит во всех местах.

– И у меня тоже, два месяца не выезжали, совсем заржавели. Ждем Макса, он скоро приедет, без него нельзя, обидится.

– Все, как всегда, вот зачем нам этот балласт, возомнивший из себя специалиста по древностям.

– Ты чего на него взъелась? Этот балласт спас тебе жизнь год назад.

Забыла? А копать кто будет? ты что ли, посмотри на себя. А палатки, кто понесет? Или может я с моими учеными степенями? Боже, Молька, у тебя что-то с телом случилось, ты раздулась и стала квадратная. Что это? Я только сейчас заметил. Ой-ой-ой!

– Ну ты и наблюдательный, Филя, не прошло и десяти минут, это конспирация. Поролоном обмотала все тело, чтобы под стандарты начальника подходить.

– А что, такие стандарты бывают? А грудь, где твоя шикарная грудь?

– Все на месте, не переживай.

Я ее немного утянула, чтобы не привлекать внимания. Ты же помнишь моего прошлого озабоченного шефа?

– Это который тебя чуть не изнасиловал?

– Да, если бы не Макс, то пришлось бы мне туго. Только Макс не понимает, когда нужно остановиться, у него тормоза отсутствуют напрочь. Если бы ты видел, что он сделал с этим хреном лысым, мне даже жалко его стало. Мне пришлось телефон сменить, чтобы он меня не вычислил, хорошо, что я оформиться официально еще не успела.

– Моль, ну ты и штучка, не знаешь, что от тебя ожидать. Не хотел бы я такую жену иметь. Сама Макса натравила, а потом его еще и балластом обзываешь.

– А как я могу называть человека, который вместо мозгов использует только свои кулаки? Я его просто попросила меня до работы проводить, чтобы начальник увидел, что у меня парень есть, большой и страшный. А Макс избил его до полусмерти. Хорошо, пусть будет высокопрочный непробиваемый мышечный балласт, плохо поддающийся контролю.

– Ну ладно, проехали. Все равно без Макса рассказывать не начну. Моль, а я уже забыл настоящий цвет твоих глаз. Сколько ты ещё эти жабьи линзы будешь носить?

– Филя, ты же знаешь, что мои глаза делают с мужчинами, поэтому пока я не желаю ничего менять в своей жизни. Или ты забыл? – Моля грозно посмотрела на профессора, тот вздохнул. Как говориться и хочется, и колется.

– Помню, зачем нам это, уже проходили.