Лыцарь + Драконтесса = ?

Опять этот седой тип появился невесть откуда! Веня ощутил аккуратное, лёгкое прикосновение к своему запястью, и боль ушла. Зрение, постепенно возвращаясь, продемонстрировало Недозрелову такую картину: меч медленно исчезал, будто таял в руке. Похоже, оружие действовало только в комплекте с «повязкой».

– Я вас не вызывал… – пробормотал Веня, у которого всё плыло перед глазами, а руки и ноги мелко подрагивали от пережитого всплеска эмоций.

– Вы так громко кричали, что переполошили весь замок, и я посчитал своим долгом прийти на помощь, – заметил Апалал.

– Извините, я не знаю, что произошло. Я просто читал законы… – смущённо проговорил Веня. – А потом решил визуализировать мечту, как мне посоветовали.

– Кто посоветовал? – уточнил Апалал.

– Девушка, которая принесла мне одежду и ужин – между прочим, единственная, кому полностью доверяет принцесса! – пояснил Веня, вызвав тонкую улыбку на устах своего собеседника.

– Ну, насколько мне известно, принцесса у нас никому не доверяет полностью, кроме себя! – проворчал тот, а потом, спохватившись и словно догадываясь о чём-то, поспешил добавить: – Хотя, конечно, да, вы правы, Вениамин Маркович, есть такая… девушка.

И что конкретно она вам сказала?

– Что драконы и люди могут составить отличный тандем для воплощения идей! – выпалил Веня.

– Понятно! – кивнул Апалал. – И в этом она права, но вам, Венимамин Маркович, следует всё-таки воздержаться от излишне стремительного и непродуманного воплощения. Сейчас вам нужно отдохнуть!

Веня взглянул ему в глаза и снова будто увяз в их тёмной головокружительной глубине, успев подумать о том, что этот вислоусый седой тип опасен.

И почему принцесса приблизила его к себе?

***

В это время Её Высочество неспешно прогуливалась по подземному саду, располагавшемуся в пещерах под её родовым замком. Здесь работали механизмы искусственного ветра и дождя, постоянно поддерживалось определённое освещение, заменявшее солнце, и произрастали самые красивые и изысканные цветы, деревья и кустарники, собранные её отцом и братьями со всех известных миров этой Вселенной.

Каждый день часть сада утопала в цвету, радуя сердце и глаз, но вечное цветение не могло успокоить душевную боль, которая терзала Замзагул многие годы. Принцесса, при всех своих громких титулах и огромном наследстве, не могла себе позволить пройтись по настоящему саду, благоухающему под настоящим солнцем и рассыпающему лепестки, чтобы те танцевали на настоящем ветру: таковы были законы её мира.