Лыцарь + Драконтесса = ?

Прежде чем пламя и дым окутали их, Веня неожиданно для себя выставил вперёд руки, словно пытаясь отодвинуть беду, и крикнул:

– Это тоже незаконно! Дымовые предупреждения должны быть в разные дни, на сегодня ваш лимит исчерпан! Зря стараетесь, гражданин Нидхёгг!

Мысленно Веня уже приготовился к смерти – страшной смерти в огне, пожирающем его плоть и кости, но вместо этого языки пламени обошли его стороной, словно обогнув преграду, выставленную перед ними. Чудеса! Он оглянулся на принцессу, стоявшую у него за спиной.

– Вы как, Ваше Высочество? – спросил он, а Замзагул только часто закивала, видимо, потеряв дар речи.

Сейчас она уже не казалась такой недоступной и гордой, скорее. была растрогана таким лыцарско-юридичным поступком. Вене захотелось увидеть искры восхищения в её глазах, но удалось разглядеть только своё отражение в идеально гладкой зеркальной поверхности золотой маски. Веня рассмеялся: волосы стояли дыбом, а лицо покрылось копотью, отчего он стал похож на мавра.

– Ты кто такой?! – пророкотал Нидхёгг, ошеломлённый случившимся: впервые в его жизни кто-то не превратился в жаркое от струй пламени из драконьей утробы.

Конечно, на этом не совсем нормальном индивиде были огнеупорные латы, шлем и плащ, но прежде они не спасали от смертоносного огня. Замзагул усовершенствовала технологию изготовления?

– Э-э-э…ю…я…юрист! – неуверенно пробормотал Веня, гордо поправив металлизированный плащ.

– Кто?! – не понял Нидхёгг, слабо разбиравшийся в тонкостях юриспруденции.

Он был древним драконом, много повидавшим на своём веку, но, как говорится, академий не кончал.

– А ещё, если подумать, то в душе я… лыцарь! – немного помедлив, изрёк Недозрелов. – Ну… этот … который залыцается…

– Ну, вот что, лыцарь… или как тебя там! – проревел Разрыватель Трупов.

– Статья 119: угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, наказывается обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов либо ограничением свободы на срок до двух лет! – сказал Веня.