Русская зима

 – Великое оледенение продолжается, и, судя по прогнозам наших… – генерал сделал небольшую заминку, – …ученых, не собирается останавливаться. Среднегодовая температура продолжит падать примерно на один градус каждые три года.

Дрейк остановился, оглядывая быстрым взглядом сидящих. Взгляд у генерала примечательный, в самых глубинах зрачков мерцают небольшие, размером с булавочную головку зеленые огоньки. Почти незаметные, если не приглядываться.

Большой Совет, представители всех краев Федерации Наций, терпеливо ждали, когда генерал продолжит говорить.

Удовлетворенно усмехнуться генерал себе не позволил.

– Исходя из вышесказанного, я рекомендую… Даже настоятельно советую поддержать план Малого Совета Федерации Наций Земли и начать строительство сети термоядерных реакторов новой конструкции. Это позволит значительно расширить сеть оранжерей…

– Минуточку! – Поднял руку один из губернаторов.

Поморщиться Петр себе тоже не позволил. Как всегда, Гладков, представитель Красноярского края.

– Да, Владислав Сергеевич? – вежливо сказал Дрейк.

– У меня вот какие вопросы, Петр Алексеевич. – Губернатор чуть дернулся, словно собираясь встать с кресла, но передумал. – Реакторы это хорошо, конечно. Но что с топливом для них? Скоро в реакторы дрова кидать придётся! Каждый транспорт ждем как… Как…

Не в силах подобрать слово, Гладков махнул рукой.

– Владислав Сергеевич, – терпеливо сказал Дрейк. – Все мы имеем проблемы с топливом. Эта проблема решится не раньше, чем рудники на Луне заработают на полную мощность.

Снова прошелся легкий шепоток по присутствующим. Энергия – это не только тепло дома, это оранжереи, это работающие заводы, ездящие машины и поезда, это серьезное оружие… Да много что еще. Энергия – это жизнь.

– В энергии вы нужды знать не будете, – закончил генерал.

– Тогда еще один вопрос, Петр Алексеевич. – Гладков пригладил совершенно седые волосы, зачем-то поправил старомодную ручку в правом кармане пиджака.

Петр Дрейк ждал, не позволяя себе показывать нетерпение.

– Дело у меня сложное, Петр Алексеевич. Можно ли добавить нам войск?

– Пять отделений тяжелой пехоты, пять штурмовиков, усиленный пехотный батальон с тяжелыми вездеходами, эскадрилья флаеров, три эскадрильи беспилотников, волновые установки вокруг города, – перечислил Петр Дрейк и поднял бровь. – Вам этого мало?

– Мало, – прямо сказал Гладков.