По следам Атани Дюбарри

 – Я ощутила невероятное спокойствие от мысли о том, что желаю этому кораблю утонуть…

Генрих сделал шаг вперёд, скрипнув зубами:

– Прекратите ехидничать, графиня! – процедил он зло. – Вы впали в детство и все еще думаете, что это смешно и мило?! Я вас разочарую! Вы отвратительны! И пришел я сюда не для того, чтобы смотреть на вас. А чтобы сказать: после шторма на нашем хвосте перестало висеть корыто вашего мужа-разбойника, который, видимо, думал, что мы передумаем и вернем вас назад! – и молодой офицер иронично рассмеялся.

Смех был деланным, но от этого не менее ледяным.

Атани проглотила ком, застрявший в горле, и выпрямилась как можно сильнее, стараясь не показывать своих настоящих эмоций.

– Вы судите способности в навигации моего мужа по собственным, лейтенант? Напрасно. Если ждете, что я сейчас начну рыдать и обнимать ваши сапоги – тем более, – она сделала паузу. – В какой-то степени я готова вас понять. Вы всю жизнь потратили на ненависть к женщине, в которую бездумно влюбился ваш отец. Наверное, вы готовы были разбить лоб перед Наполеоном, чтобы иметь счастье арестовать меня лично.

Или это был самый счастливый приказ в вашей жизни…?

– Действительно, – вдруг смерил ее взглядом Генрих. – Разве у такой особы могут быть какие-то чувства. Вы свели с ума моего отца, из-за вас моя мать была унижена его родственниками, а я рос, предоставленный самому себе!

Атани вздохнула и слегка склонила голову к плечу:

– Сколько вам лет, лейтенант? Хотя нет. Не отвечайте. Я в состоянии посчитать… Предполагаю, двадцать пять?

Тот молчал.

– Скажите, Генрих, вы женаты? О, нет! Зачем я это спросила, очевидно же по глазам, что вы даже не влюблены… – Атани слегка прошлась по каморке. – Спрошу по-другому. Вы любили когда-нибудь?

Молодой офицер слегка сморщил прямой с горбинкой нос и развернулся на каблуках сапог:

– Еду принесут утром! – отчеканил он и вышел. Через секунду в замке снова повернулся ключ.

* * * *

Эдгар прижал к себе костыль и свободной рукой осторожно приоткрыл дверь в каюту капитана.

В лучах послеполуденного солнца фигура сидящего на койке Армана казалась похожей на восковую статую. Лицо было неестественно серого цвета, взгляд застыл в одном направлении, руки обессиленно лежали на коленях. Наполовину одетый капитан «Синей Королевы» тяжело дышал, заглатывая воздух, и на появление визитера не отреагировал.

– Я думал, ты хотя бы поспишь это время… – сказал Эдгар, входя.

Арман вздрогнул, очнувшись, и повернул голову.