Сёстры

Вытирая рот рукой, он поднял взгляд синих глаз на главаря разбойников, заметив при этом выражение испуга и на лице Аннет.

– Простите, сэр?

– Говорю, что сделка заключена на четверых, мистер Сандерс. А вас пятеро. Мы понятия не имеем, кто из вас кто, поэтому лишнего пристрелите. Остальные остаются в лагере, как и условились.

Дик проглотил ком в горле:

– Я… Должен убить своих товарищей?! – хрипло спросил он, чувствуя звон в ушах.

– Всех не надо. Одного. Вы же хотите остаться среди Лесных Братьев или как? – и Слепой махнул рукой.

…Когда Дика, потерявшего способность возражать, вывели из комнаты, Аннет встала со стула, прошлась туда-сюда, шелестя платьем, потом обняла себя за локти, вздохнула и негромко сказала:

– Милый… Могу я тебя спросить, зачем… ты поставил ему такое условие?

Слепой повернулся на звук ее голоса всем телом:

– Хочу понять, что он собой представляет. Если этот парень сейчас без особых колебаний выполнит распоряжение, значит, он опасен и в любой момент ради спасения себя самого перебьет здесь всех.

Не произнеся ни слова, девушка вышла, а разбойник медленно встал со стула и тряхнул лохматой головой:

– Кто здесь есть? Отведите меня на веранду.

…Ошарашенный произошедшим Дик Сандерс даже не помнил, как оказался в нескольких шагах от одного из сараев. Провожавший его разбойник, протянул ему заряженный пистолет и сел на поваленное неподалеку дерево со словами: «в меня стрелять не советую, это точно тебя не спасет».

Молодой человек посмотрел на оружие в своей руке и побледнел еще сильнее. Потом стиснул зубы, обдумывая положение, покосился по сторонам, попятился в волнении и тут услышал за спиной женский голос:

– Вы уже выбрали жертву, мистер Сандерс?

Дик обернулся. Аннет стояла позади него, сцепив ладони в один кулак. На её привлекательном лице отражались страх и любопытство, неровный румянец покрывал бледное лицо, губы были растянуты в странную искусственную улыбку.

– Убрать меня прислали именно вас? Удивительно мудрое решение.

– Почему вы считаете, что я должна кого-то убивать? – таким же спокойным и уставшим голосом спросила девушка. – Я – глаза своего мужа, и здесь только для исполнения этой роли.

– Извините, мэм, но вы не выглядите человеком, которому нравится смотреть на насилие, – мотнул головой Дик.

– Это неважно.