Одиссея Атани Дюбарри. Начало

– Просто интересуюсь… – улыбка на её лице даже не пыталась спрятаться, хотя тон выражал смиренность. – Нет, я понимаю, бедная мадам уже полгода, как овдовела, ей очень одиноко и грустно, кто-то же должен её утешать и помогать коротать эти бренные вечера…

Филипп повел челюстью и покрутил туда-сюда дверную ручку. Его лицо выглядело в этот момент особенно отталкивающим.

– Дорогая моя сестра, – с плохо скрываемым раздражением сказал он наконец. – Лучше, если ты не будешь лезть в то, что тебе не нужно, хорошо?

– Я ничего такого и не планировала, – снова открыто улыбнулась девушка, убрав за ухо прядь каштановых волос.

 – Я лишь спросила… – она притворно вздохнула. – Бедная только мисс Элла… Как, должно быть, ей будет неприятно узнать…

– Кассандра! – уже зло прорычал молодой человек, и та вдруг расхохоталась, показывая жемчужные зубки.

– Хорошо! Я молчу! Я бьюсь головой о стену, пытаясь понять, что все дамы в тебе находят, вот честно! За миллион золотом бы не вышла за тебя!

– Удивительно, но я бы сам заплатил столько же, что бы на тебе не жениться! – огрызнулся Филипп и уже более миролюбиво спросил: – У нас что, опять семейный разлад?

Девушка пожала плечами

– Не в курсе, но не удивлена.

На прошлой неделе мама говорила мне, что хотела бы, в абсолютном идеале, уехать в Австралию… Ах, кстати, да! Вспомнила! У меня для тебя записка, – она вынула из корсажа конверт и протянула его брату.

Тот взял письмо не сразу: сначала взглянул на сестру, потом на белоснежный конверт.

Взяв его в руки, Филипп скользнул взглядом по надписи и протянул его обратно

– Возьми… Можешь выбросить.

– Ты даже не прочтешь?

– Зачем? – сухо ответил молодой человек. – Я узнаю этот почерк, я знаю, кто написал письмо, и мне совершенно неинтересно узнать, что там содержится. Можешь открыть сама, я тебе разрешаю. Мне все равно.

– А если…

– А если подательница сего, – перехватил мысль сестры Филипп. – Спросит у тебя о судьбе своего послания, ты вольна отвечать ей то, что считаешь нужным.

Заранее спасибо!

И на этой фразе он вошел в свою комнату.

Оставшись одна, Кассандра повертела в руках конверт, зачем-то понюхала его и, пожав плечами, скомкала в руке. За свои восемнадцать лет она не написала ни одного письма мужчине, и вообще считала это ниже своего достоинства, а после такой реакции брата решила, что никогда не поступит подобным образом, если адресат не является, как минимум, законным мужем.