Одиссея Атани Дюбарри. Начало

 – Я никого не убивал! Это ошибка!

В его тоне промелькнули гнев и отчаяние, к бледному лицу вдруг прилила кровь.

– О, да! – захохотал надзиратель. – Все вы так говорите, я за десять лет службы всяких тут видел! Вставай, сволочь, прекрати валяться!

И он снова замахнулся плетью.

– Не надо! – взмолилась Аврелия, просительно поднимая руку, и опустилась на колени перед арестантом. – Не надо его бить, пожалуйста, – она достала свой носовой платок и попыталась вытереть заключенному серое от пыли лицо.

– Мадемуазель… Я свою фляжку на это пушечное мясо тратить должен? – поморщился надзиратель.

– Да… – неопределенно выдала девушка. Она выпрямилась, две секунды сжимала губы молча, затем стянула с мизинца кольцо. – Возьмите. Этого, надеюсь, хватит за воду? Как его зовут? – вдруг спросила она.

Почесав рукояткой плетки свой тугой живот, надзиратель тюрьмы повертел в пальцах тоненькое колечко с белым камнем, отстегнул от пояса фляжку и протянул её девушке, усмехаясь.

– Зовут? Мадемуазель, у них нет имен! Только номера! Этот – триста шестнадцатый!

Ничего не сказав, Аврелия, снова опустилась на колени перед арестантом и поднесла фляжку к его губам. Вода полилась по подбородку номера триста шестнадцатого, и девушка вытирала её своим платком. На неё взглянули чуть сощуренные карие глаза.

– Как тебя зовут? – спросила Аврелия приглушенным шепотом.

– Пьер Дюбарри… – ответил тот после паузы и снова отчаянно воскликнул.

Честный и упрямый взгляд его скользнул куда-то за спину девушки. В нем прочиталась тревога.

– Аврелия, ты с ума сошла! – внезапно прогремел над ней голос брата. – Что ты делаешь?! Это же мерзкий каторжник! Отъявленный злодей! – Филипп схватил сестру за локоть и оттащил в сторону. – Они все наверняка заразные! Немедленно поехали домой, слышишь?! Сию секунду!

Тюремный надзиратель, подняв с земли пустую фляжку, молча провожал взглядом эту картину, с улыбкой наблюдая, как худой джентльмен в сюртуке тащит за руку по кочкам и камням эту странную добросердечную девушку, а она все время оборачивается назад, пытаясь увидеть, что происходит.

* * * *

Затянувшийся на два дня дождь наконец-то стих. Запах морской воды смешался с ароматом сандала, деревья которого росли на Новых Гебридах в большом количестве, и запах этот концентрацией своей мог вызвать у непривычного европейца головную боль.