Двадцать два дня. Из цикла «Кто я?»

Каждая из дежуривших сестёр милосердия была занята с кем-то из раненых, рук помощи здесь явно не хватало. Она не могла сказать, как бы поступила до своего падения, но сейчас даже удивилась собственному мужеству.

– Сейчас! – она стянула со своей головы широкий шарф и присела на колени. – Давайте, я попробую перевязать вашу голову… У вас кровь…

Пораженная и испуганная Мари отрешенно наблюдала за тем, как ее мадам не очень умело забинтовывала шарфом разбитую голову раненого, в этот момент к ним приблизилась одна из сестер милосердия.

– Мадам Обедьен?1

Ничего не ответив, та вытащила свой носовой платок и с поразительным упорством попыталась оттереть от крови лицо пострадавшего.

Сестра милосердия попятилась назад и что-то сказала другой, Мари услышала лишь отдельные фразы.

– Скажи доктору… его жена…

Едва Жанна успела встать с колен, в зале появился Жан Обедьен. Растрепанный и измученный, в наспех надетом докторском халате, он оценивающим взором обвел взглядом помещение, увидел свою жену и метнулся к ней.

– Жанна! – он схватил её за плечи. – Господи… Что… Что ты здесь делаешь?!

Он перевел взгляд на Мари, стоявшую за спиной супруги, но та развела руками.

– Я подумала, может, смогу помочь… – Жанна наивно смотрела на мужа.

– Помочь…? – лицо его выразило неподдельное удивление. – Здесь? Но… Ты уверена? Ты же… – он тщательно пытался подобрать слова.

– Я знаю, я ничего не умею, но… – она показала глазами на раненого, возле которого они стояли.

Жан снова посмотрел на Мари, но та, как и в первый раз, лишь развела руками.

– Хорошо, – он сжал руки жены. – Как пожелаешь… – и окликнул одну из сестер милосердия. – Кристин! Принимайте помощницу!

И сам быстро пошел обратно.

– Ой! – подскочила Мари.

* * * *

Аннет осторожно заглянула в приоткрытую дверь спальни. При свете одной лишь свечи тени от дерева за окном рисовала на полу темную полосу, напоминающую пропасть. Жан Обедьен сидел на кровати возле спящей жены и любовно поправлял одеяло. В его взгляде необъяснимо смешивались нежность и растерянность.

– Уснула? – шепотом спросила Аннет.

Он кивнул:

– Очень устала сегодня… – по губам Жана скользнула легкая улыбка.