Имитируя визг

– Живая! Это были грабители, да? Они ударили тебя по голове?

– Н… нет, – со второй попытки и не слишком внятно произнесла я. – Там… – и пальцем указала на притворенную дверь, таившую за собой множество грозящих потерей руки, а то и жизни опасностей.

Мать высунула нос за порог.

– Боже, неужто бомба?

Господь ей не ответил, и она перевела свой вопрошающий взор с потолка коридора на меня.

– Не знаю, – пожала я плечами, все еще лежа на полу. – Зови отца.

Папа помог мне подняться, затем устремил заспанные глаза на коробку.

– Да ладно. Фигня это. – И почесал затылок.

Тут уж и соседи всех трех квартир повыскакивали на площадку.

Баба Клава прижала руки к обширной груди.

– Это все фашисты! Они, окаянные, мину подложили! Вот гитлеровцы, вот злодеи!

Да, неспроста я вспоминала сегодня Адольфа недобрым словом. Неужто решил отомстить мне таким способом? Как это жестоко, из-за одной меня взрывать целый подъезд!

– Так и знала, что они вернутся, – убивалась соседка, едва не плача.

– Ага, а с ними ахтун минен! – хмыкнул дядя Саша, папин приятель, и скрылся в недрах своей квартиры, потеряв интерес к происходящему. Однако с других этажей жильцы, напротив, стали подтягиваться.

– Да не, – вторил отец сам себе, не переставая чесать затылок. – Фигня это всё.

– Разойдись! – рявкнула мать и, встав на корточки, приложила к коробке свое чуткое ухо. – Ах! Тикает!

– Ах! – раздалось со всех концов. – Тикает!

– Срочно саперов вызывайте, – посоветовал нам мужик с первого этажа и, быстро смекнув, что к чему, незамедлительно убег восвояси.

– Да ну, – отмахнулся папаня. – Фигня это всё.

Однако мама, вняв совету, полетела кому-то звонить, а соседи по очереди наклонялись, прислоняя ухо к страшной посылке, и убежденно заявляли:

– И вправду тикает!

Я от них решила не отставать и сделала то же самое. Действительно тикает! Повторив фразу вслух и отметив, что все вокруг удовлетворенно кивнули, я подумала про себя: «Кошмар какой-то!» В то же время мне как-то до конца не верилось в то, что это на самом деле взрывное устройство.

Когда последний обитатель подъезда совершил обряд посвящения путем слушания таинственной коробочки, мы обездвижились и призадумались.

Вскоре наши ряды пополнил живущий неподалеку участковый, которому мама, оказывается, и звонила.

– Здравья желаю, – непонятной национальности именем представился он и козырнул.