Поздравляю со смертью

Косметики на лице гораздо меньше, но волосы такие же яркие иссиня-черные.

– Что покажи? – заинтересовалась Наташка.

– Ой, да ерунда! Ерундовина на колесиках! – глядя куда-то в небо, а не на нас, пафосно изрекла подруга.

– Если эта «ерундовина» заставила тебя – саму тебя! – нервничать, то я тоже горю желанием узнать, – сообщила я вполне искренне.

Изольда уставилась на меня тяжелым взглядом. То есть это другие называли ее взгляд тяжелым, но я-то знала, что это притворная злость, я вообще Изю знала как облупленную, поэтому ее кривляния меня никогда особо не будоражили.

В общем, я выдержала взгляд, Изольда первая опустила глаза, вздохнула и сказала уже нормальным тоном:

– Это все открытка.

– Какая? – тут же спросила Наташка.

– Которую мне прислали. Поздравление с днем рождения.

– Кто прислал?

– Кто-кто, енот в пальто! – не выдержала Изольда шквал Наташкиных глупых вопросов. – Если бы я знала кто, это не стало бы историей, правда? Историей, которой нужно поделиться с друзьями, запивая ужас алкоголем и мешая его со снотворным, чтобы легче спалось!

– Та-ак, – протянули мы с Наташкой.

– Покажи, – повторила Алка и снова ткнула сестру в бок.

– О святые Ницше с Кантом! Ладно!

Изольда перестала упрямиться, полезла в сумочку – маленькую, золотистую, в тон туфлям и сотовому телефону – и извлекла на свет божий настоящую открытку из картона в целлофановой обертке – совершенно стандартную, которые раньше, до распространения мессенджеров, все друг другу дарили по праздникам.

– То есть прислали, – решила уточнить я, беря открытку из рук Изольды, – это не в смысле по WhatsApp, а в смысле обычной почты?

– Нет, почта ни при чем, кинули в почтовый ящик, – пояснила за сестру Алла.

На белом фоне цветы – пока ничего устрашающего.

Посередине крупными буквами без знаков препинания красовалось оригинальное пожелание:

«ПОЗДРАВЛЯЮ СО СМЕРТЬЮ»

А ниже… Господи-боже… Ниже кровь и странные символы. Что интересно и жутко, эти символы до ужаса походили на те, что я видела всего полчаса назад на стене заброшенного здания. Фигура, в которую они соединялись, была иной, но сходства они от этого не утратили.