Кровавое сияние небес

Ему дали квартиру в новостройке, по-моему, той, что на Новосадовой улице. Или… Да, точно.

– А квартира? – тут же приняла я стойку. Дело сдвинулось с мертвой точки, авось сегодня появится новый разговорчивый информатор.

– Да почем я знаю? – резко опустили меня на землю. Так резко, что ботинки задымились.

– Как же я его найду?! – в ужасе схватилась я за волосы с мыслями начать их вырывать.

– Деточка, погоди стонать-то! Нашла из-за чего. Придешь к дому и спросишь у старушек на лавочке, в какой квартире Прохор Семашко проживает.

Упрек был заслуженный, но не менее (а то и более) от этого обидный. Я опустила глаза, по-идиотски заулыбалась, мол, дура я, дура, и откланялась.

На втором этаже постучалась к Грачевой. Та меня впустила, на ходу озвучивая просьбу помочь ей с распределением багажа.

– Я только что разобрала свой собственный! – застонала я.

– Ну Образец, будь другом, а?

Я включила в телефоне запись разговора, и, пока мы развешивали одежду и расставляли всякие предметы, прослушали ее всю.

– Что скажешь?

– Я скажу, что сегодня ночью мы отправляемся на охоту за светящимися шарами! – после пафосной реплики Танюха достала цифровую камеру и помахала ей перед моим носом. – Здесь есть зум! Так что все будет чики-пики! Кстати, молодец, что выспросила координаты места. И ведь сумела притвориться, что тебе нужны иные сведения, а это так… ерунда. Пришлось к теме.

Я долго не могла разомкнуть уста, до того была изумлена намеками на мою лживость вкупе с отличными актерскими способностями.

– Да нет же! Я ничего лишнего не выспрашивала, только все, что относилось к нашему делу.

– Правда? – удивилась в свой черед Грачева. – То есть ты в самом деле решила, что наше задание по фиксированию неопознанных летающих объектов имеет отношение к убийству шестимесячной давности? Бред.

– Бред? – возмутилась я. – Ты что, не слышала запись? – Я упрямо взялась за оставленный на трюмо телефон и включила заново.

– Ой, блин… – Танька выхватила мобильный и запаузила. – Я слышала! Но что ты предлагаешь? Заняться расследованием двух убийств? Мне за это деньги не платят.

– А за огни платят? – усмехнулась я, мол, что за дурацкий аргумент, однако вмиг изменившееся лицо приятельницы направило мои мысли в другую, диаметрально противоположную сторону. Она прикусила край губы и начала судорожно водить зрачками то вправо, то влево.