Кома

– Привет, прости, бога ради. Все недосуг зайти.

– Чего голос унылый? Случилось чего?

– Случилось. – Я рассказала все, что случилось.

– Гарик разбился? Во мрак. Жизнь – дерьмо. – Виталий с Игорем виделись всего пару раз и, как мне показалось, друг другу не понравились, хотя в искренности сожалений товарища я не сомневалась. Смерть – это всегда плохо. – Как ты?

– Хреново, конечно. – С трубкой в руке я ходила по комнате, по-прежнему не находя себе места в собственной квартире. – Хоть мы и расстались, но я была уверена, что не навсегда.

– А что же?

– Понимаешь… последние дни происходит какая-то чертовщина со мной.

– Что именно? – заинтересовался Голиков, любитель всякой этой «чертовщины».

Остановившись сбоку от окна, я слегка отодвинула тюль и стала исподтишка наблюдать за двором, будто ожидала появления зеленых человечков.

– Ну… как будто обстоятельства входят в противодействие друг с другом.

– Поясни.

– Ну вот в один день происходит что-то, а на следующий происходит обратное, понимаешь? И люди при этом не помнят, что совершали вчера.

– Ну наконец-то! Инопланетяне начали захватывать мир!

– Это не смешно.

– А я и не смеюсь. Иначе как это объяснить? Вот я вчера договорился с заказчиком, что, как только сдам ему готовый сайт, он перечислит мне на электронный кошелек двести долларов. Вечером все ему сдал. Захожу сейчас и вижу – там только сто пятьдесят. Пишу ему: где остальные? А он пишет, договаривались на сто пятьдесят, понимаешь? Бред.

Я вымученно хихикнула.

– У тебя иная история. Одному из вас выгодно это расхождение. Он выгадал пятьдесят баксов, так что его словам веры никакой. А у меня все не так… Люди вокруг меня просто сходят с ума.

Тут у Витальки что-то громко запищало, он наскоро попрощался, упомянув про какой-то непонятный «кряк системы», который нужно срочно стабилизировать.

– Созвонимся позже тогда, – сказала я и нажала отбой.

Среда, 19 сентября

Несмотря на то, что босс отпустил меня на неограниченный срок в связи со смертью близкого мне человека, я решила не злоупотреблять неожиданной добротой начальства, а выйти поработать, причем без опозданий, все-таки это нужно было в первую очередь мне самой – борьба за снижение цен помогла бы отвлечься от мысли о потере. А останься я дома – чем бы ни занималась, о чем бы ни пыталась думать, все равно Игорь стоял бы у меня в глазах.