История Золушки

] какая-то, а не офицер императорских военно-воздушных сил!»

– Выпить хотите? – поручик смотрел на нее с интересом, но без обычных для мужских коллективов на войне смущения или наглости. А вот на дорогу почти не смотрел.

«Пилот, – решила Кира, – и, возможно, неплохой. Ведет уверенно, без суеты, без напряжения… И не выпендривается».

– Спасибо, – сказала вслух. – С удовольствием.

– Если не брезгуете, пейте прямо из горлышка, – поручик достал из-под сиденья початую бутылку старки и протянул Кире.

– Есть где-то в чемодане… – Кира взяла бутылку, вытащила пробку и, обтерев платком горлышко, приложилась на два длинных глотка. Горькая струя пролилась на язык, скользнула в горло. Жидкий огонь имел вкус осени, пах домом, яблоками, опавшими листьями.

– Спасибо! – сказала, возвращая бутылку. – Очень хорошая старка. И недешевая, я думаю…

– Из старых запасов. Такую теперь и за деньги не купишь, – поручик убрал бутылку, коротко глянул на Киру.

– Я служебные дела с незнакомыми людьми не обсуждаю, – пыхнула дымом Кира. – Со знакомыми, впрочем, тоже. Вы пилот?

– Как и вы.

– Почем знаете? – по-простонародному удивилась Кира.

– Пальцы крепкие! Вон как пробку достали!

– Ну да! – кивнула Кира. – Это я могу! А вы наблюдательный.

– Истребитель.

– Я догадалась. И летаете конечно же во второй эскадрилье.

– Ваш будущий подчиненный, стало быть.

– На вопрос ответите?

– Даже и не спрашивайте, – усмехнулся в ответ поручик. – Сначала посмотрите мое личное дело. С командиром полка поговорите. Там видно будет.

– Ну, хоть какое училище закончили, скажете? – упорствовала Кира.

– Нет, – покачал головой Львов. – Ничего я вам, командир, не скажу, и не обижайтесь! Мне начдив лично запретил. Будут вопросы, идите к нему, но я бы не советовал. Он всех на хер, простите за выражение, посылает, пошлет и вас.

«С моими проблемами…»

– Что вам известно о моих проблемах? – получалось, что она попалась на самую примитивную провокацию, какую мог измыслить охочий до таких шуток мужской мозг. Теперь приходилось выстраивать тактику беседы на ходу.

– Амелина, – повернулся к ней Львов. – Фамилия запоминающаяся. Вы Качинское училище, Кира Дмитриевна, закончили в сороковом году. Я это случайно запомнил.