Чары зла и любви. Легенды Пурпурного Города

Над нашими головами сгущается бледно-лиловыми сумерками низкое октябрьское небо. Я чувствую, как осень обнимает меня за плечи, дышит в спину и целует в затылок. Я слышу ее мягкие шаги позади себя, и душа моя замирает, летит ей навстречу и сливается с ней в жарком объятии. Эти мерцающие фиолетовыми всполохами сумерки, эти золоченые деревья, это пепельное небо – все это я когда-то любила всей душой. Теперь я знаю это наверняка… Как знаю и то, что у твоего первого возлюбленного были пшеничные волосы, а у второго – черные.

– Потому что один из них был дерзким и развращенным. Холодным и прекрасным, как сама Луна. Я звала его лунным принцем… А второй был таинственным и далеким, и в то же время при одном только взгляде на него сердце сжималось от чувства бесконечной близости. Он был ослепительным Солнцем, освещая жизнь каждого, кто встречался на его пути. Как можно было устоять против благосклонности Луны и Солнца? Никому это не по силам.

– Я умерла? – повторила свой вопрос Эль.

– Смерть тела не означает смерти души. Если ты сидишь здесь и сейчас в своей постели, ощущаешь тепло одеяла так же остро, как и исходящий от меня холод, как можешь ты задавать такие вопросы? Тебе дано то, чего лишена я, и в этом твоя свобода и твое проклятие.

Глава 3

Запах рябины

«Ты держишься за то, что твое… хотя и понимаешь, что это тебя убивает».

П. З. Брайт «Пепел Воспоминаний, Прах Желаний»

– Он мог притянуть и оттолкнуть одним лишь взглядом.

Таким он был – мой немногословный воображаемый друг. Так же, как и я, он носил черную одежду. У него были длинные темные волосы. Его лицо я никогда не могла разглядеть как следует. Знала только, что глаза у него голубые, а губы всегда словно зацелованные.

Что я почувствовала, когда увидела в реальности того, кого уже давно любила всем сердцем? Восторг, радость, удивление, узнавание.

Я никогда не встречала никого похожего в реальной жизни. Никто не был немногословным, но понимающим, грубоватым, но нежным, погруженным в себя и в то же время тонко чувствующим окружающий мир. Даже если и находились любители погулять со мной и полазить по заброшкам, их энтузиазм быстро сходил на нет. Лишь воображаемый друг никогда не отказывался бродить со мной по самым мрачным местам.