Иная. Выбор

– И что это было? – растерянно пробормотал Карим, деактивируя стилл.

В эту же секунду завибрировал его чаттер. Появившаяся голограмма отобразила сосредоточенное лицо Дамира.

– Все в порядке? – спросил парень, не тратя времени на приветствие.

– Все окей, – ответил Карим. – Хант ушел, так что можешь зря не мерзнуть. Подробности потом, мы опаздываем.

– Понял, принял. Жду звонка.

Дамир отключился, а мы галопом помчались на тренировку. И, естественно, опоздали. На целую минуту.

– Упор лежа принять! – встретил нас бодрый голос Алика.

И понеслось. Отжимания, приседания, бег на месте, бег по залу. Снова отжимания, приседания, прыжки, выпады, планка…

Казалось, это длилось вечно. А обнаженный до пояса с бронзовым цветом кожи молодой мужчина полуЭЛ супер-пупер атлетического телосложения, симпатичный и обаятельный, несмотря на свою бритоголовость и сверхтатуированность, с нахальной улыбкой нас подбадривал, элегантно поигрывая тугими мускулами и всем видом давая понять, что опаздывать ой как нехорошо.

Его совершенно не смущало, что мы выдохлись еще на первом круге пыток и до последнего, кажется, не дотянем. И ему было совершенно наплевать на то, что если до кроватей мы и доползем совместными усилиями, то завтра мы с них не поднимемся до обеда так точно.

– Нужно поработать над развитием выносливости, чтобы организм не так быстро сдавался на милость силе земного притяжения, – непрошибаемый тренер одарил нас с Каримом многообещающей улыбкой, как только мы распластались на полу для пятиминутного отдыха, притворившись почти трупиками.

Мы согласно замычали в ответ, приоткрыв по одному глазу, осознанно не тратя сил на слова. Они нам через пять минут еще очень понадобятся, когда будем отрабатывать удары, выпады и контрудары. Силы, я имею в виду, а не слова. Без слов мы как-нибудь обойдемся сегодня. Это без вариантов.

Виктор Хант

Короткий сигнал чаттера. Аудиозапись с подслушивающего устройства, которое установил вчера в кабинете Кудрявцева. Миниатюрная игла, незаметно прикрепленная к крышке стола, через пять дней подвергнется молекулярному распаду и в течение недели исчезнет.

Новейшая разработка лаборатории спецслужб Ширана не может быть обнаружена ни одним известным техническим устройством. Так мне сказали.

– Слушаю тебя, Егор.

– Герман, мы теряем время. По-твоему, пять случаев за пять дней – это не повод?

– Ты снова туда же. У нас нет доказательств, только твои предположения. Причем абсурдные.

– Их нужно проверить.