Волчья тропа

А я? Я врач Миша, я училась для этого очень долго, а работаю в сарае, который медпунктом называют, знаю наизусть все болячки местного населения. Домашнее хозяйство, я раньше знать не знала что это такое, а теперь с утра до ночи из хлева не вылезаю.

– Мы уедем Таня, обещаю, нужно немного времени ещё.

– Дождемся, пока сыновья в армию уйдут? – кричала Татьяна.

– Ты кашу то ешь, остынет и крупа последняя, нам жить как-то надо.

– Время сейчас не простое, оно не только здесь так, в стране сложно.

Вот восстановят бюджет, построю я станцию, здесь производство пойдет, здесь поселки выстроят, и всё закрутится жизнью. А, мы уедем, с чувством, с честью. – С уверенностью отвечал Михаил.

– Миша, ты просто наивен. Посмотри на кого ты стал похож, ходишь обрекший весь, бородой оброс как местный егерь.

– Таня, хватит. Если ни во что не верить, стоит ли жить вообще… – некоторое время Миша молча, смотрел на стол перед собой.

– Иван на днях на охоту собрался, с собой меня зовет, поеду.

– Ну, какой же из тебя охотник Миша?

– Попробовать стоит, уж, коль живем здесь шесть лет, среди тайги и охотников, грех на охоту не сходить, да и нужно нам это для быта. Глядишь, с добычей вернусь. И подаренное ружьё испытать бы нужно.

Таня немного успокоилась и присела против мужа за стол.

– Ну, кашу то ешь, а то совсем остынет, – улыбнулась женщина и подвинула тарелку мужу.

Михаил набросился на кашу и стал спешно жевать.

– Охотник мой. – Влюблённым взглядом смотрела Таня на мужа.

За окном послышались крики, Михаил выскочил из-за стола и бросился на улицу.

– Волк, волк! Там волк смотрите. – Кричали наперебой женщины.

– Где волк? – стал спешно осматривать территорию Михаил.

– Там, между деревьями, за сугробом.

Миша присмотрелся, на фоне белого снега сияли желтые волчьи глаза, верх туловища животного было серой шерсти, а остальное белое как снег.

Волк, встал в полный рост над сугробом.

На левом боку животного виднелся шрам, алая полоса, не покрытая шерстью.

Со скрипом отварилась калитка соседнего двора, из которой выбегал пожилой мужчина, с длинной седой бородой, это был Степан. На Степане был накинут не запаханный тулуп, испод которого виднелись кальсоны, ноги были обуты в валенки, а в руках мужчина держал двуствольное ружьё.

– Где он? Где он? – кричал Степан, целясь из ружья во все стороны.