Город Бабра

Воздушный шар? А почему лохматый?

Мной овладел самый настоящий научный интерес – захотелось рвануть следом и посмотреть, но пока я пройду все коридоры, дойду до парадного выхода из здания, я точно упущу его.

«Скучный я, значит, да? Вот сейчас увидишь, какой я скучный!» – злорадно подумал я и влез на подоконник.

Лаборатории в нашем институте расположились на первом этаже, окна находились довольно высоко от тротуара, но я точно мог спрыгнуть без последствий.

Верка вскрикнула:

– Куда? Зачем? Осторожно!

Студенты восторженно захихикали, а я свесил ноги с подоконника и прыгнул вниз.

Приземлился почти удачно, как кошка, на четыре конечности – сначала ноги, потом руки, – спружинил на них и побежал за шаром.

Это оказались волосы! Волосы, выкрашенные во все цвета радуги. Лохматая голова принадлежала девушке, невысокой и стройной, в джинсах и синей футболке. Я шел за ней, не решаясь обогнать.

До меня дошло, почему мне казалось, что шар летит. Сначала девушку загораживал заезжающий автомобиль, а потом, за окном, я видел над подоконником только голову, потому что окна у нас находятся высоко.

И походка у нее была такая легкая, даже почти летящая, так что радужная шевелюра практически не двигалась вверх-вниз при ходьбе.

Мы приблизились к светофору. Девушка направлялась в сквер Кирова. Теперь, пока горел красный, я смог подойти и встать рядом. Мельком взглянул на ее лицо. Симпатичная! Полные губы, курносый нос и большие глаза, частично закрытые челкой.

Она смотрела в сторону сквера серьезно и сосредоточенно.

Когда загорелся зеленый, мы пошли рядом. Было совершенно непонятно, что мне делать дальше. Разворачиваться и бежать обратно сейчас было бы странно. Заговорить с ней, напротив, было бы интересно. Но что сказать? Похвалить прическу? Подумал, что это тупо, ей наверняка по сто раз в день говорят, какая она оригинальная. Хотя, с другой стороны, есть люди, которые специально стараются выделиться, и им приятно, когда их усилия замечают.

Хоть по сто раз в день.

Меня вот нисколько не раздражали подобные вопросы. Голубые глаза в сочетании с густыми черными волосами на типичном лице азиатского вида многих приводили в смущение. Так что я привык уже миролюбиво объяснять, что я – метис, наполовину бурят. На большую половину, пожалуй. Только глаза и острые скулы от отца достались.

Пока думал о том, стоит ли начать диалог, девушка остановилась и развернулась ко мне.