Мысли мамы, или Как не загнать себя в угол

Я так хотела и ждала этой поездки, и мы на море.

Наше решение лететь из -15 в +37 с годовалым ребёнком не поняли мои родители. И это было удивительно даже, они особо не лезут в воспитание внука, мягко говоря, видели его раз шесть, полагая, видимо, что я отлично справляюсь сама, но тем не менее для них было неожиданно наше решение полететь отдыхать и мама стала вздыхать: «не надо лететь, потому что это вредно для здоровья. Он ж всё равно ничего не запомнит, поэтому до 3 лет отдыхайте рядом с домом».

Наталья Леонидовна тоже не особо хотела, чтобы мы летели с Пашей, хотя не говорила это открыто вслух, она просто предлагала нам полететь вдвоём, подкрепляя это словами:

– Лен, устроите себе с Димой романтику, долгие прогулки под тропическим небом, второй, можно сказать, медовый месяц. Давай я отпуск возьму на работе, заодно буду тренироваться быть «домашней бабушкой», пенсия ведь моя – не за горами.

Но мы полетели втроём, и я не жалею об этом, но пассажиры, думаю, жалеют.

Девушка-подросток, сидящая недалеко от нас, закрывала демонстративно руками уши.

Пожилая пара шепталась и цокала, каждый раз, когда Паша улыбался им.

А грузный высокий мужчина, которому по стечению обстоятельства досталось место рядом, на моё «ой, извините, сын снова вас случайно ногой задел» проронил:

– Пусть пинает, лишь бы снова громко не пел что-то на своём тарабарском и не скакал по салону как слон.

Когда он сказал это, то вспомнились его оптимистические слова мне в самом начале полёта:

– Я со своим тоже с самого рождения летал. Сейчас наберём высоту, ваш на облака посмотрим и уснёт, а там уже и посадка, поверьте моему опыту.

И его отцовский опыт не имел никакого отношения к опыту нашему: моему и Димкиному.

Сын просто вёл себя при перелёте, при этом ночном перелёте, как дома: любознательно ходил, ходил все восемь часов, спрашивал что-то, пел, радостно кричал, трогал другие кресла, пытался ползать по проходу, между креслами и под ними, и он не кричал, только если мы его брали на руки и просили посидеть.

В итоге стюарды решили «подыграть» Паше, и он, типа вместе с ними раздавал всем еду, как взрослый.

Я понимала по глазам пассажиров, что жизнь не готовила их к такому перелёту на море.

Что хочется сказать в своё оправдание?

– Жизнь меня тоже не готовила к такому сыну.