Мысли мамы, или Как не загнать себя в угол

Я неожиданно начинаю реветь в голос:

– Во что превращается моя жизнь?! А я? Где я? Я вообще эти четыре недели есть? Или я дополнение к «смени подгузник», «закинь белье», «научись понимать крик», а я хочу быть Человеком, таким как была год назад.

Муж чего-то пытается успокоить меня, опять и снова бормоча:

– Я ж помогаю… я рядом, мы справимся, Лен.

Отворачиваюсь и смотрю, как на тропинке ветер подхватывает несколько пестрых листьев и начинает крутить в «танце осени». Смотрю и вижу себя снова тринадцатилетней, и мне хочется, чтоб волна продолжала крутить, чтоб волосы забились песком, и животный страх помог самой выбраться из этого «моря проблем».

02.10.2013

– Я сдалась и утонула или все-таки выбралась?! – нервно стучала пальцами по стеклянной столешнице. – Проиграла или выиграла? Кто ответит? Это покажет время. Возможно, покажет.

Больше месяца днем и ночью я ничего не могла делать, Пашенька всё время ел и ел. Промежутки между кормлениями в минут двадцать-тридцать, и снова плач.

А затем я купила смесь, вернее Димка. Собрался под мои прогулки по комнате кругами и в виде символа бесконечность. Ни слова не говоря, собрался в десять часов вечера, поехал в магазин и купил смесь и бутылки.

Приехал домой, помыл все тщательно, размешал, и протянул заплаканным мне и сыну.

У меня округлились глаза, будто я решала взять ее в руки и предать все свои попытки быть настоящей мамой, способной кормить самой, или сдаться, не упираться, как баран, и дать ребёнку поесть.

Я не могла решиться, Дима взял сына на руки, сказав мне:

– Отдохни, сядь. Дай я попробую.

Он прижал Пашу к себе, а тот жадно накинулся на еду, затем отстранился немного и посмотрел на Диму таким взрослыми взглядом. Если бы я не сидела рядом, то никому бы не поверила, что такой кроха может так взглянуть.

А у Паши в тот момент сильно округлилась глаза, будто он спрашивал отца:

– Эй, чувак, а до этого месяц что было? Нельзя было покормить, да.

Чем сильнее аппетитнее чавкал сын, тем сильнее я начала улыбаться.

А Паша поел и уснул. На пять часов. Целых пять часов, я ночью аж просыпалась от того, что думала, что он снова кричит, а я не слышу.

А он просто сопел.