Красный подвал

Невольно думалось музыканту, что придет время, когда и он будет ходить во всякие хорошие заведения, делать заказы и оставлять чаевые, но сейчас его устраивало то, чем он занимался. Эта маленькая сцена круглосуточного кафе в Москве, казалось, осуществляла его мечты.

Надышавшись чужого дыма от сигарет, Егору страсть как захотелось курить.

Он положил инструмент в футляр и, минуя служебный выход, пошел курить на крыльцо парадного входа. С клавишником Игорем они курили по очереди. На улице было свежо, это особенно чувствовалось, когда выходишь из закрытого прокуренного помещения.

Фонари, светившие в центре Москвы, не позволяли видеть темноту.

Фары красной Феррари подъехавшей к заведению «СОЛО» светили Егору прямо в глаза. Он сощурился и достал сигарету из пачки, втянул первую затяжку и уставил свой взор на открывшуюся дверцу, из которой высунулась нога, в красном высоком сапоге. Он сразу же обратил внимание на сочетание одежды с автомобилем. Блондинка вышла из машины и щелкнула сигнализацией.

Егор смотрел на нее, не отводя глаз, не скрывая своего стеснения. Она медленно подошла к входу и, взглянув, Егору в глаза вошла внутрь.

Егор докурил сигарету, ловко кинул окурок в рядом стоящий мусорный бак и вошел в помещение. Теперь на перекур удалился Игорь. Егор взял саксофон, и без единого слова в микрофон продолжил игру. Невольно осмотрел зал, ища глазами, женщину в красном, ее загородила спиной официантка, ставившая на стол заказ, Егор рассмотрел и его, это была какая-то бутылка с вином, один бокал и блюдце на котором что-то поблескивало словно фольга.

Дама, наверное, была здесь впервые, она села спиной к сцене, затем, услышав, живой звук резко обернулась. В глазах было не большое удивление, на сцене с саксофоном, стоял парень, мимо которого она прошла.

Егора впечатлило и порадовало это выражение глаз. Марина встала и пересела на противоположную сторону, что означало то, что ей все же интересно.

Егор периодически поглядывал на нее со сцены, а она казалось, не сводила с музыканта глаз, опустошив бокал, самостоятельно его наполнила, и отломила плитку горького шоколада.

– Извините! – вдруг обратился к ней мужчина в черном пиджаке. – Скучаете? – продолжил он обращение к Марине.

– Совершенно нет! – резко ответила она.

– Просто такая женщина и в полном одиночестве!

– А я и вовсе не одна, я наслаждаюсь музыкой, и если можно, я хотела бы вас попросить мне не мешать, это делать.