Выбор судьбы

Я не сразу смог разобрать, что он говорил, его речь была размытой, может, из-за того, что он долго бежал к нам из деревни, ведь Карл не умел пользоваться джипом. Может, от того, что хотел сказать, не ясно. Но одно могу сказать с уверенностью, его новость меня обрадовала.

– Все! – отдышавшись, произнес Карл.

– Что, все?

Я говорил спокойно, продолжая перевязывать нос парнишке. Когда я закончил и свернул лишний кусок бинта, чтобы убрать его, Карл продолжил:

– Все! Можем ехать! – он, выдохнув, присел на траву.

– Я так понимаю, шторм прошел?!

– Да. Я только что разговаривал с пилотом, он сказал, что отвезет вас, но придется сделать одну остановку. А где Лора? Ей лучше?

– А … вроде лучше, не могу сказать. Ее нужно срочно показать врачу. Надеюсь, что это не местный вирус,—он слегка улыбнулся.

– Что? Какой вирус? Ты вообще понимаешь, что ты говоришь?

– Генри, да успокойся ты! Я просто пошутил. Вот и все!

– Ну и шуточки у тебя,—мои руки сжались в кулаки, клянусь Богом, я хотел ему врезать, но понимал, что это тупо.

Я смотрел на него, но мысли были об одном, что скоро все это закончится, и мы будем дома. И она будет опять только со мной. Может, это и звучит эгоистично, но это все, что я хочу. Быть с моей Лорой.

Если честно, я ревновал. Да, я ревновал Лору к этому самодовольному Карлу. Он словно околдовал ее. Поддерживал ее разговоры об этих легендах, ходил за ней по пятам, да и она хороша. И тут я понял, что она всегда была со мной рядом, и я не мог сказать ей о своих чувствах.

Раньше все было проще. Она была знакомым, хорошим другом. А почти год назад я стал чувствовать совсем иные чувства. Я уже не мог без нее. Без ее улыбки, капризов, смеха. Кроме меня, у нее никого нет, и я пообещал после смерти родителей, что всегда буду для нее другом, братом. Всегда буду рядом.

Но теперь появляется этот Карл, и все меняется. Я для нее просто друг. Она никогда меня не полюбит, никогда, снова руки сами сжались в кулак, и я развернулся, чтобы не видеть его.

– А где она? – его голос был ровным, слегка тихим, и из-за этого бесил меня еще сильнее.

– Не знаю,—слегка грубо ответил я, не поворачивая головы.

– А, ну ясно. Только не надо срываться на мне! Хорошо?

– Что?

– Я говорю, если у тебя какие -то проблемы, не надо на мне срываться.

– Единственная моя проблема— этоты!

Я сказал это так грубо, что сам удивился. С этой поездкой я стал очень нервным.