Выбор судьбы

Я резко открыла глаза от крика, вскочила, и поняла, что кричала я. Тут я прижала рот рукой и стала вслушиваться в тишину: «Неужели я разбудила своим криком всех? Сколько время?».

На часах было пять утра.

Голова гудела, как обычно бывает после жуткого похмелья, или когда ты всю ночь танцуешь, а поспать тебе потом не придется.

Вроде спокойно, да что это со мной? После такого мне точно понадобится помочь психолога. Тут я вспомнила про то, что сегодня мы возвращаемся домой. Нет, я не хотела уезжать, но переубедить Генри не в силах даже мне.

Он всегда был таким – упрямый мальчишка, который считает себя взрослым и способным на принятие важных решений. Я села, поджав ноги к груди, думая, что же со мной происходит и почему наша поездка стала каким-то страшным кошмаром.

Тут я услышала какой-то голос, он был мне не знаком. Но я отчетливо слышала его, как будто кто-то разговаривал прямо у моей палатки. Я осторожно расстегнула край палатки и выглянула, но там никого не было.

Странно! Я могла поклясться, что слышала голоса! Но это было не столь важно, мой мозг снова выдал такую жуткую боль, что я снова чуть не закричала.

Наэтот раз у меня из глаз выступили слезы, я развязала осторожно свою руку и удивилась тому, что увидела. Опухоль, которая буквально несколько часов назад покрывала почти всю руку, исчезла, рана больше не горела, зато боль была невыносимей. Опухоли нет, жар прошел – хоть в чем-то лучше. Мне осталось лишь перетерпеть жуткую боль.

Я закрыла палатку, повернулась на правый бок и попыталась поспать, но мне этого не удалось. После ужасной бессонной ночи я выглядела не самым лучшим образом. Глаза были красные от того, что поспала максимум час или полтора.

Из-за ночных кошмаров голова ужасно болела, как будто ее сжимали тисками. Тело почему-то было в синяках, хотя я не помню, чтобы они были перед тем, как я легла спать. «Может, во сне я так крутилась, что набила их себе сама, кто знает!» – подумала я.

Ясно было одно, я была не в самом лучшем состоянии. Когда солнце только стало подниматься из-за гор и освещать своим светом деревья, лес и наш лагерь, я уже сидела около реки и смотрела, как в ней плавают рыбы. Глаза жутко болели, солнце казалось мне в два раза ярче прежнего, веки налились свинцом, в голове было пусто.

Ни одной ясной мысли.