Сын ведьмы и коловертыши

Раздался звук выстрела. Пуля врезалась в дверь рядом с милиционером. Понимая, что оказался на линии огня, мужчина так же прекрасно осознавал, у него нет времени, на то, чтобы уйти в сторону. Минуты рассыпались на микросекунды, отмеряя последние мгновения жизни начальника милиции Белокаменска. Он видел летящего на него зверя, торчащие из пасти клыки и человеческие, почему-то очень грустные глаза. Он видел мужчину за ним, сосредоточенно целящегося в оборотня и вспышку выстрела. Пуля, врезавшаяся в спину монстра, заставила дернуться, продолжающее лететь тело, и закрыться человеческие глаза.

Владимир очнулся от яркого света. Он прищурился и понял, что светятся руки женщины, прижатые к его груди.

– Ну что? – темноволосый строгий мужчина уже без пистолета подошел к ним.

– Жить будет. Я ему и печень заодно подлечила, – ответила незнакомка, продолжая непонятные манипуляции.

– Кто вы? – прошептал милиционер, глядя на владельца магазинчика по продаже всякой чепухи для скучающих дамочек.

– Ты же узнал меня, – Валериан, присел на корточки рядом с человеком. – Зачем спрашиваешь?

– Вы не люди, – милиционер постарался отодвинуться от женщины со светящимся руками.

– Ну вот, Ариша, можно сказать человек только что поблагодарил тебя за спасение жизни, – скептически произнес Валериан.

Он хотел добавить что-то еще и тут тишину ночи разрезал женский крик.

– Я виновата Афонюшка-а-а! Я тебя в город притащила-а-а, я тебя в лес обратно не пустила-а-а, – крик захлебнулся и наступила звенящая тишина.

– Успокой ее, пока город не перебудила, – попросил Валериан Арину.

– Сама успокоится, – невозмутимо ответила лекарка.

Она отстегнула от пояса флягу с водой и сполоснула руки. Они перестали светиться. Мир перед Владимиром оказался призрачным, черно-белым, озаряемым только бесстрастным светом полной луны.

Она встала и отошла от милиционера. Владимир увидел лежащего в нескольких шагах от него крупного мужчину. Светлые волосы, обычная рубашка, в подтеках и пятнах крови. Это было не самое приятное зрелище. Но все-таки это был человек. От нападавшего на него чудовища не осталось и следа.