Жаркий Август. Книга Первая

Он во всем был прав! Два с половиной месяца назад, мы с ним закончили работать над большим делом. И могу сказать без лишней скромности, что именно благодаря мне нам удалось раскрутить запутанный клубок афер, по отмыванию крупных сумм денег. Я была горда собой, ходила вся надутая, как индюшка. И вот, спустя пару дней, в офис пришел самый обычный курьер, и принес на имя Чураковой Василисы серую неприметную папку.

Я ее приняла и почему-то беспечно, не потрудившись проверить, хотя по протоколу это было положено в обязательном порядке, открыла.

А дальше был ад.

Взрывной волной меня откинуло к стене, разворотило весь кабинет, вынесло окна на всем этаже. По счастливой случайности в комнате кроме меня и курьера никого не оказалось. Не знаю, что стало с ним, лично я была уверена, что не выкарабкаюсь. Помню, тогда меня поразило отсутствие боли, вокруг хаос, крики, обломки, а мне не больно, совсем. Тогда я не сразу поняла, что от моей спины остались лишь осколки. Я была в каком-то рассеянном сознании, пока меня извлекали из-под завалов.

Помню Ника, который орал, чтоб я не смела закрывать глаза и терять сознание, дорогу в больницу, врачей. Все это словно в пелене, а потом я, видать, все-таки отключилась, потому что следующим эпизодом в моей памяти стало пробуждение в реабилитационном центе Августовского. Вот тогда и боль, и осознание случившегося накрыло по полной программе.

Тем временем дверь в комнату Ника открылась, и внутрь вошла девушка с кружкой кофе. Она уже успела накинуть на себя длинную ажурную тунику.

Девушка удивленно покосилась на разъяренного Никиту, мечущегося по комнате, потом на меня:

– Ник, а может… – начала было она, но была достаточно грубо прервано.

– Кать, спасибо, извини, у меня дела.

Девушка тут же вспыхнула:

– Я не Катя! Я Лена.

– Да, мне плевать! – Лазарев, не смотря на все свое обаяние, умел быть самым настоящим хамом, – Катя, Лена, Света. До свидания!

– Ты…ты…свинья! – взвизгнула она, сжимая кулачки и делая шаг в его сторону.

– Знаю, все пока, – парень лишь отмахнулся, а я предпочла отвернуться.

Не знаю как ему, а мне было неудобно.

Лена сердито обозвала его скотом и бросилась к выходу:

– И не смей мне звонить! – прошипела она в самых дверях.

– Да, я и не собирался, – раздраженно припечатал Никита, и ответом ему был грохот со злостью захлопнутой двери. Как только косяк не треснул:

– Ник, это было грубо, – с упреком пробубнила я, боясь даже представить, что испытывала девушка в этот момент.