Жертвы Обряда

– Заговора?

– Думаешь, Велиал здесь, потому что разрешил Аиррэль? Нет, потому что ему позволил Эль-Элион. Знаешь, на чём они сошлись? Цена их примирения тебе известна?

– Нет.

– Никому не известна, – разочарованно буркнул демон и плавным жестом смахнул с лица чёрные космы. – Аиррэль лишь согласился на условия – вот всё, что изложено в летописи.

– Вы уже много веков пытаетесь раскрыть эту тайну, но тщетно, – подвела итог я.

Наступило неловкое молчание. Астарот ушёл в себя.

– Вы можете сказать, скоро ли проснётся Аиррэль? – задала вопрос, постукивая пальцами по столу.

– Пара дней, – наконец спокойно выдал собеседник. – Ты, кажется, что-то ищешь?

– Откуда вы?.. – начала я, но потом затихла. Ну конечно, он в курсе. Всё же высший демон. – А вы знаете, где диадема?

– Нет. Но близко.

– Значит, она не в Терре? Почему вы так уверены?

– Чувствую её в этом мире.

– Вы кого-то подозреваете? Архангелов?

– Если ангел к ней прикоснётся – потеряет все силы. Вряд ли кто-то из них готов отдать свои силы Люциферу.

– Допустим, корону забрали. Но что намерены с ней делать? И почему до сих пор никому ничего не известно? – вопросы рождались один за другим, я не успевала их задавать.

– Она нужна, чтобы сдерживать ярость Люцифера на случай, если тот снова попытается захватить власть. Владения дьявола с каждым годом расширяются и пополняются новыми подданными, чего нельзя сказать про ангелов.

– Война?!

– Да. Но не в ближайшее время. Люцифер сейчас занят совсем другими хлопотами. Ему не до войны.

Я встала и прошлась по комнате. Астарот всё так же сидел на стуле и не двигался.

– Мы будем вместе? – поинтересовалась, поддавшись странному чувству.

Гость пристально посмотрел на меня. Он знал, о ком я спрашивала, но молчал. Я же терпеливо ждала.

– История вашей любви будет окроплена кровью и смертями. Страданиями расплатитесь за то, что любили, за то, что желали.

– Разве можно убить Архангела? – спохватилась, сжимая кулаки. Сердце забилось сильнее.

– Конечно, – он усмехнулся, словно я несла полную чушь. – Если так решит суд.

– Его будут судить?! – ахнула я.

– Не исключено.

– Он выживет, если я откажусь от него?

– Сейчас для него ничего не потеряно.