Демон. Противостояние

И это при условии, что за последние сто лет во всем мире родилось не больше сорока высших.

Естественно, такие успехи по контролю и воспитанию сильных демонов волновали начальство, но я?то тут при чем?

– Мистер Дамир, вы ошибались на мой счет все это время, – я подскакиваю со своего кресла и делаю микроскопический шаг к нему навстречу. – Вы же могли чувствовать мои эмоции через печать. Вы же знаете, как сильно я боюсь Рика. И я не подсадной агент, честное слово!

Под конец я почти кричу от возбуждения.

– Сядьте, мисс Бенар, и успокойтесь.

Я послушно возвращаюсь на место, но успокоиться трудно.

– Мистер Дамир, я никогда не влияла на вас, – искренне говорю я, все еще не оставляя попыток доказать свою невиновность. – Можете посмотреть отчеты врача!

Кажется, последняя фраза немного сбивает мужчину с мысли. Он наклоняется чуть вперед и осторожно уточняет:

– А врач тут при чем?

Я облизываю пересохшие губы и делаю глубокий вдох.

– В чем-то вы вчера были правы – агенты УНЗД не бывают бывшими, – мой голос звенит от внутреннего напряжения. – Меня не могли отпустить просто так, поэтому я согласилась на ментальный блок подавления полученных знаний. Я ничего не помню из того, чему меня обучили и не могу пользоваться полученными навыками.

Темные брови мужчины удивленно ползут вверх, губы немного приоткрываются от удивления.

Приблизительно такое же лицо было у Азалии, когда она узнала о моем согласии на ментальный блок.

– Хорошо, – все с тем же недоверием произносит он, – допустим, я верю в блок, тем более что это легко проверить. Но нам с вами, мисс Бенар, хорошо известно, что в каждом лаэрде кипят два главных инстинкта – похоть и жажда власти. Первое мы удовлетворяем через женщин, второе – через капитал…

Мужчина подходит ближе, наклоняется вперед и опирается руками о подлокотники моего кресла.

– Объясните, почему лаэрд Матиаз готов отказаться от власти ради обладания той, которую он называет своей покорной игрушкой?

Начальник нависает надо мной, закрывая своим широким телом полмира. Я чувствую запах парфюма, ощущаю притягательную близость сильного тела и в неясном волнении отодвигаюсь еще глубже в кресло.

Сине-зеленые глаза смотрят жестко, испытующе, и под этим строгим взглядом мне почему-то хочется расплакаться.