Бешеное счастье некроманта

Поговаривали, что попавший в такие тиски терял волю и начинал испытывать ощущение полнейшей безысходности. Мышцы наливались свинцом, жертва теряла возможность спастись бегством, становилась неспособной сопротивляться. Тогда призрак подбирался ближе, протягивал руки и…

Я стряхнула с себя оцепенение и попятилась. Едва снова не улетела кубарем вниз и быстро спустилась до лестничной площадки. Потусторонняя сущность медленно плыла следом.

Да, отличное средство борьбы с призраками – железо, соль, бомбочки из магния, вспыхивающего на воздухе, и опилок железа.

Да, ничего из этого списка под рукой не было. В самом деле, не просить же призрака прерваться на пару минут, чтобы я могла сбегать наверх и притащить шпагу с чердака. Или сгонять на кухню за солью. Или заглянуть к Данте и разграбить его коллекцию. Или сложить ручки рупором и заголосить: «Господа некроманты! Ау!!!»

Да, боевой маг не был способен изгнать или уничтожить призрака – не для этого мы учились и на тренировках потели.

Опустившись в стойку, я резко выдохнула и пустила в призрака двумя сгустками пламени. Тот дождался, пока снаряды приблизятся, разделился на две части, пропуская огненный шар по центру, и соединился в целое.

– Нет похорон… – прошептал призрак, наступая.

Во засранец!

Ладно, тогда пробуем вот так.

Я подняла руки, формируя перед собой стену голубого пламени, и мягко подтолкнула ее к призраку. На лбу выступил пот, мышцы закряхтели от натуги, но я таки сумела поднять еще один барьер (уже обычное пламя) наверху площадки, за спиной призрака.

Мысленно треснула себя по лбу.

Он же призрак! Сейчас нырнет в ступеньки или стену и привет! Ищи свищи его потом по всей башне.

– Похорон не обещаю, но огоньку поддать могу, – закричала я, помещая призрака в огненную клетку и полностью отрезая от внешнего мира.

Призрачная сущность взревела и в последней отчаянной попытке добраться до противника бросилась вперед.

Воздух взорвался от столкновения жара и мертвенного холода.

Я едва успела отвернуться, когда во все стороны от барьера полетели капли горящей эктоплазмы. Парочка угодила в рукав куртки и с сердитым шипением принялась прогрызать себе путь глубже.

Тварь билась, выла и понимала всю безысходность ситуации, как раненый зверь в капкане охотника. Я радостно осклабилась и усилила натиск, вымещая на призраке все скопившееся раздражение. Всю ненависть к этим проклятым некромантским стенам.