Наши против 2. Королева согласна

Киату ухватился за один шип, я за другой, нас кинуло вперёд вместе с движением вздыбившихся каменных плит. И я шлёпнулась на попу, ухватившись за новый скалистый шип. Киату осторожно подполз ко мне, и мы оба лишились дара речи. Напротив возвышалась аналогичная гора… Ну, точнее не гора. Это был драконище, второй. Похожий на тех, что китайцы рисуют. Асфальтово-серый, с ирокезом, клыками из пасти размером с терминал в Шереметьево и чешуёй из каменных плит. Наполовину скрытый синими водами моря, драконище дремал, опираясь на передние лапы.

Морда недовольная. Ноздри подрагивают.

Киату, оторопев, сел рядом со мной.

– Прикинь, круто да? – выдохнула я ему в ухо. – На голове у дракона посидеть.

– И поседеть раньше старых лет, – пробормотал еле слышно Киату. Потом наклонился ко мне и спросил с ехидцей, щекоча мочку губами: – Ты меня решила таким образом извести, чтобы от привязки поскорее избавиться?

Я рассердилась, фыркнула на него и слегка толкнула. Рык изнутри сотряс то, что было под нами.

Каменная зверюга мотнула головой, надеясь сбить надоедливую мошкару – то есть нас, и мы полетели в море.

«На берег хочу! В город!» – быстро подумала я, отплёвываясь от юбок, задранных ветром и лезущих в рот, и не выпуская руку Киату.

Доля секунды, и мы шлёпнулись попами о сверкающую в свете двух солнц брусчатку. Повозка резко затормозила перед нами, и красногубый сморщенный карлик возопил:

– Что ж это творится! Посреди дня уже молодёжь дурогону обкуривается! Насмотрелись на «Загон 2», совсем с ума посходили!!! Куда смотрит городская стража?!!

Мы подскочили на ноги, Киату потащил меня по узким улочкам прочь, в гору, мы забежали за громадное дерево с толстыми висячими корнями.

Я высунулась и увидела, что изрыгающий проклятия гном поехал на своей красивой золотистой повозке дальше.

Тяжело дыша, я обернулась к Киату:

– Уехал.

– Чёрт красногубый.

– Это что, город гномов?

– Нет, морнитов.

– А они маленькие, как гномы? – повторила я, рассматривая с удивлением дерево, у которого ствол был похож на массу слепленных друг с другом колбасок.

Или одеревеневших змей. За деревом высился забор из крупных белых кирпичей, выложенных орнаментом.

– Нет, тут всякие есть. Но чем богаче, тем меньше ростом, – заявил Киату. – И живут выше в гору.

– Забавно. Значит, ты тут беднота беднотой.

– Зато ты из среднего класса красотка. Слушай, Тася, – недовольно сказал он, – ты ещё долго дурить будешь? Вернёмся на корабль.