Наши против 2. Королева согласна

Он смотрел поверх голов, равнодушно принимая восторги островитян. Наконец, Киату увидел меня и, решительно отодвигая всех, кто стоял на пути, направился сюда. Кивнул на корабль:

– Тася… Вот я достал для тебя кое-что поудобнее акульей спины. Король и советник больше гоняться за нами не будут.

Я подняла на него глаза и проговорила:

– Спасибо! Я знала, что у тебя всё получится.

– Не всё… – вместо улыбки на его лице получилась растерянная гримаса. Он облизнул губы и тихо сказал: – Прости меня, малышка!

По моим рукам побежали мурашки, так захотелось обнять Киату.

– Я не сержусь, – ещё тише сказала я.

Неловкое молчание повисло между нами. Такое глубокое, что оно заглушило все радостные крики, песни и возгласы вокруг нас. Не в силах пережить его, я думала громко: «Киату, Киату! Можно я всё равно буду тебя любить?! Ну, пожалуйста?!»

Как только сказать об этом вслух?

В уголке глаз этого сильного, большого мужчины сверкнула слезинка, и пока он не сказал что-то ужасное, я заявила лихо:

– Только ты тоже не сердись.

Потому что я объела всю лавку на выходе с пляжа. Не повезло тебе со мной! Хозяин так удивлялся, что джани-до уважаемого Катрана настолько прожорлива. Кажется, у тебя не хватит денег, чтобы меня прокормить!

Киату улыбнулся.

– Хватит, – и взял меня за руку. – А ты хоть наелась, малышка?

– Не очень, – призналась я. – Я тебя ждала, вдруг ты уговоришь Лакуну на тюртели.

– Если ты хочешь, значит, уговорю, – сказал Киату. – Устроим пир горой перед дальней дорогой.

– А мы Чубарру с собой возьмём в путешествие? Она милая.

– Подумаем.

Я поднялась на носочки и поцеловала Киату в щёку. Плевать я хотела на все привязки! Люблю его!

Глава 8

Корабль нёсся вперёд, а я не знала, куда смотреть: на похожих на чаек карпадосов, тоже белых, клювастых и наглых; на то, как надулись ветром белые паруса над головой; или на то, как режет килем волны наш красивый фрегат. Словно нож мягкое масло. Синее рядом, лазурное вдали, море и правда казалось живым.

Чубарра плыла рядом, а её наездник стоял у штурвала и о чём-то переговаривался с Большим Трэджо. Тот с удовольствием принял новёхонький «Диатор» взамен уничтоженного нашими совместными усилиями «Барабанта».

После вчерашнего разговора с девочками, сборов, ужина, стоившего кабану жизни, а потом упоительно тихого вечера с Киату, завершившегося нежным поцелуем в лоб и укладыванием меня в спальне замка, как маленькой, настроение с утра у меня было приподнятым.